Рана часовщика.

Люди зарабатывают себе на жизнь по- разному. Один работает инженером, другой – сантехником, третий электрик, четвертый –портной, пятый – выращивает в поле овощи, шестой – занимается ремонтом часов.
К последней категории относился семидесятидвухлетний Роман Аронович Левин, потомственный часовых дел мастер.
На первый взгляд незаметная профессия давала его семье возможность жить несколько лучше других. Для Романа Ароновича «жить лучше» означало вкусно питаться, иметь красивую, удобную мебель и другие бытовые предметы, один раз в два-три года ездить на курорт подлечить здоровье. Все это он старался делать незаметно, то есть не выделяясь из окружающей среды. Зачем и к чему быть на виду у других? У тех, кто живет богаче появляются завистники, а зависть, как известно, к хорошему не приводит. Люди при встрече обсуждают твой образ жизни, строят фантастические догадки, предположения и подсчитывают доход, который в их глазах с каждым днем увеличивается и увеличивается. Акогда ты покупаешь сыну автомашину “Жигули”, начинают между собой называть тебя “миллионер”. Убеждать кого-либо из них в обратном бесполезно, да и бессмысленно.
Отец-самоучка показал и научил маленького Рому собирать, разбирать, ремонтировать все имевшиеся в те годы марки часов. И вот уже на протяжении шестидесяти лет Романа Ароновича ничто другое, кроме маятников, шестереночек, пружинок, винтиков, в общем всего, что находится внутри корпуса часов, не интересовало.
У такого мастера клиентура была постоянная. Работу он выполнял на редкость добросовестно. Но человек есть человек-то часы уронит на пол, то перетянет заводной механизм, то в них попадет вода.
Левины жили на третьем этаже трехэтажного дома. Пенсия, заработная плата и ежедневный небольшой доход от ремонта часов позволили им купить прекрасную мебель и другие необходимые для повседневного быта предметы. В этом нет ничего предосудительного, они выпускаются, чтобы украсить нашу жизнь и внести комфорт. Но...опять же но...завистливые взгляды соседей отбивают желание пользоваться покупкой. В итоге, после немалых материальных и физических затрат, она уже не доставляет радости и удовольствия.
Супруга Левина давным-давно так же являлась пенсионеркой.Пожилая женщина занималась домашним хозяйством, готовила пищу для любимого Ромочки, время от времени навещала внуков.
Роман Аронович ходил на работу к девяти часам утра. Мастерская располагалась всего в километре от дома, в здании одного из крупнейших универсамов, поэтому он предпочитал пешую прогулку.
- Даже на автобусе экономит, миллионер, - шептались жильцы дома. – Старый человек, а себя не бережет.
В семнадцать часов тридцать минут Левин возвращался домой. Поужинав, смотрел телевизор или изучал устройство какой-нибудь ранее не попадавшейся ему марки часов, что, кстати, бывало весьма редко.

Я встретился с ним в городской больнице неотложной медицинской помощи.Старик лежал в шестиместной палате на десятки раз стиранной бело-серой простыне, перевязанный бинтами, дыша спёртым, пропахшим различными лекарствами воздухом. Вентиляционная система комплекса, ввиду отсутствия средств на ремонт, последние три года не функционировала.
- Здравствуйте, Роман Аронович, - сказал я.
- Здравствуйте, - едва слышно обронил он.
- Я начальник уголовного розыска района, врачи разрешили побеседовать с Вами в течение пятнадцати минут. Как Вы себя чувствуете?
- Сейчас лучше.
- Можете рассказать, что случилось?
- Да, - голос его дрожал. - Я находился в квартире, слушал ночную передачу новостей. Жена уехала проведать больного внука. Вдруг на меня навалились, неведомо откуда взявшихся, двое мужчин. Первый связал руки, а второй засунул в рот тряпку.
- Не вздумай шуметь, - предупредил первый. - К тебе единственный вопрос: где спрятаны деньги и золото.
Он вытащил тряпку, давая мне возможность ответить.
- У нас нет золота, - задыхаясь, испуганно сказал я.
- Врешь. Выкладывай все, что есть ценного дома и мы уйдем, - вмешался в разговор третий. -Не то пожалеешь, что родился на белый свет.
- Ничего не осталось, мы купили сыну автомашину.
- Этот старик с деньгами не расстанется, - произнес кто-то из них. - Поступим по-другому.
Тот, что был в маске, принес из спальни утюг и включил в розетку.
- Сейчас миллионер все вспомнит, заклейте ему рот скотчем, - послышался голос сзади. - И раскаленный утюг прилип к моей спине. Искры посыпались из моих глаз, я кричал, стонал, плакал, стучал ногами об пол. Но звуки наружу не вырывались,бандиты заклеили рот липкой лентой. Казалось, что меня живьем бросили в раскаленную печь.
- Где золото и деньги, - хладнокровно повторялся один и тот же вопрос. – Положи утюг на живот, - донеслось до моего сознания.
Я закричал еще сильнее. Горячий утюг медленно двигался с груди на живот. Не выдержав пытку, я показал извергам рукой на пианино, под крышкой которого лежало пять тысяч долларов. Рассовав деньги по карманам и собрав в два чемодана носильные вещи, они скрылись.
- Как выглядели нападавшие, сможете ли Вы их опознать, - спросил я Романа Ароновича.
- Двое были в масках, похоже натянули на головы женские капроновые чулки. Третий мужчина – азиат, лет тридцати, высокий. Возможно, я бандита узнаю.
- Время, отпущенное врачами, истекает, поэтому к Вам еще один вопрос. Для чего Вы открыли входную дверь незнакомым людям?
Старик тяжело задышал.
- Мы всегда считали, что толстая металлическая дверь нас надежно охраняет. Но они появились с балкона, по-видимому, спустившись с крыши по веревке. Моя квартира расположена на последнем этаже.

Я вернулся в районный отдел внутренних дел, предварительно заехав и осмотрев квартиру Левиных. Старик оказался прав. Привязав толстый канат к стропилам крыши, преступники спустились по нему и проникли в помещение через открытое окно балкона. Канат и сейчас болтался на уровне второго этажа.
- Совершено хорошо подготовленное, заранее спланированное преступление, - сказал встретивший меня в дежурной части начальник отдела. - Раскрыть его будет сложно, поэтому даю в помощь уголовному розыску десять милиционеров. Душегубов во что бы то ни стало надо найти и задержать. В такие минуты проверяется наша сплоченность и профессиональное мастерство.
- Оперативная группа уже приступила к поиску, в нее включены самые опытные сотрудники, - ответил я .- Милиционеры будут использоваться для проверки “барахолок”, различных притонов и мест сбора проституток, наркоманов, картежников. Там допускается рассчет вещами.Опознать их помогут сыновья Левина. Трудность заключается в том, что таких мест день ото дня становится больше и больше.Некоторые нам не известны.

Прошло несколько дней и я вновь посетил Левина в больнице. У него в палате, по-очередно, дежурили жена, дети, снохи. Сегодня на стуле сидел старший сын Исаак. Однако он ухаживал не за отцом, а кормил с ложечки бульоном напротив лежащего человека, правая рука, грудь, обе ноги которого были загипсованы.
- Здравствуйте, вижу дело пошло на поправку, - чтобы приободрить старика, весело поздоровался я. - Выглядите молодцом.
- Здравствуйте, - чуть заметно кивнул головой Роман Аронович. – “Выглядите молодцом” относится к Исааку? Обо мне можно только сказать, что дед выжил чудом. До сих пор удивляюсь, как выдержало сердце, теперь лечить ожоги придется до конца своих дней.Бандиты ускорили их приближение.
- Когда врачи обещают снять повязки?
- Дней через десять, но раны заживут не скоро, если вообще заживут. Старая кожа затягивается очень медленно.
Больной прослезился и нервно заерзал на кровати.
- Успокойтесь, Вам нельзя нервничать. Милиция делает все возможное, чтобы задержать злодеев. Вы не припомнили что-нибудь новое, мне нужны дополнительные сведения о нападавших.Например, как они обращались друг к другу, разговаривали по-русски чисто или с акцентом, имели ли на руках наколки?
- Даже не хочу вспоминать произошедшее, у меня мгновенно поднимается давление.
- Извините, но это поможет быстрее раскрыть преступление.
Роман Аронович заметно оживился:
- Знаете что, молодой человек, я, конечно, всячески готов помочь милиции. Однако в данную минуту меня интересует вопрос: почему преступники избрали жертвой старого часовщика, почему? Потому что он всегда одет в приличный костюм и носит галстук? Потому что не курит и не употребляет спиртного? Потому что не общается с соседями и ведет замкнутый образ жизни, предпочитая иметь дело только с часовыми механизмами? Не все же могут работать на токарных станках, фабриках, стройках. Кто-то должен ремонтировать часы. Человек обязан делать то, что любит и хорошо умеет делать. Обязательно хорошо, а для этого необходимо постоянно совершенствоваться. В мастерской я принимаю от населения антикварные модели часов: карманные, настольные, настенные, напольные и вновь и вновь изучаю их строение. Нет модели, которую я не мог бы начертить по памяти. Поэтому клиенты хотят иметь дело лишь со мной. Это не нравится моим коллегам, а раз так, то ничего, кроме обидного, слышать от них не приходится. Только в текущем году в мастерскую обратились пятнадцать- двадцать человек, пожелавших отремонтировать уникальные часы, в основном, вывезенные из Германии советскими офицерами в период её оккупации. Мастера на них даже не взглянули. К поломанным, изношенным механизмам запасных частей не найти. Я смонтировал и много лет использую специальный станочек, на котором выпиливаю, высверливаю, шлифую, вытачиваю крошечные стрелочки, маятнички, крышечки нужных размеров, придаю стеклу требуемый овал или выпуклость. Безусловно, умение разбираться в часах, а их разновидностей бесчисленное множество, приносит определенный доход. Не вижу смысла скрывать это от Вас.
Было заметно, что Левин устал. Испарина выступила у него на лбу, но старик не остановился:
- Так вот, неужели моим детям и внукам уготована такая же судьба? Сыновья считаются в городе лучшими мастерами по ремонту часов, естественно, это дает им возможность жить несколько лучше окружающих. Старший сын Исаак ездит на работу на автомашине “Жигули ”, можно ли завидовать ему и называть «миллионером»? Мыслящая голова и умелые руки – вот все, что у него есть. Я с детства прививал детям любовь к своему ремеслу, они передают её дальше- внукам. Через сто, двести, триста лет часы «умрут», а искусство часовщика будет жить вечно.
Больной умолк и прикрыл глаза. Длинная речь утомила его, но он выговорился, может быть, впервые за последние много лет. Я чувствовал себя неловко, не зная, как ответить Роману Ароновичу. Нет, лежащий на кровати щупленький старичок ничего не требовал, тем не менее он ждал и хотел слышать от меня, начальника уголовного розыска района, можно ли быть спокойным за будущее детей.
- Вы задали крайне сложный вопрос, - медленно проговорил я. – Изолировав из повседневной жизни сотню-две преступников, порядка не наведешь. Страна нуждается в глубоко продуманной программе социального оздоровления и воспитания общества, а это не моя компетенция. Что касается уголовного розыска, то сотрудники, их в отделе всего шестнадцать человек, работают днем и ночью, не считаясь с личным временем. Наша первостепенная задача не раскрыть преступление, а предотвратить его совершение, что в районе с населением в двести пятьдесят тысяч человек, не всегда удается. Если признаться честно, чаще не удается.
Левин правильно меня понял, и пожимая на прощание руку, немногословно сказал:
- Благодарю за откровенный ответ.
Я спускался по больничной лестнице осознавая глубину и важность темы, волнующей Романа Ароновича. На вопрос «могут ли дети чувствовать себя в безопасности», старик не получил предельно ясного, удовлетворительного ответа. Но ответить по-другому этому умному человеку, я не мог.
Выйдя из больницы, я поехал на самую крупную барахолку города. Здесь по субботам и воскресеньям собиралось до тысячи человек, торговавших подержанными домашними вещами. Люди раскладывали имущество прямо на тротуаре, на газеты или клеенку, а сами сидели рядом на принесенных из дома стульчиках, скамеечках, перевернутых ведрах. На барахолке покупались и продавались декоративные птицы и рыбки, собаки, ношенная одежда, обувь, посуда, запасные агрегаты к холодильникам, стиральным машинкам, телевизорам, пылесосам, книги, ржавые замки и многое другое. Сегодня на этом копошащемся и гудящем квадрате, с пяти часов утра работали все оперативники отдела и десять милиционеров, переодетых в штатскую одежду.
Они понимали, что найти в такой неразберихе интересующую тебя конкретную вещь почти невозможно, но попытаться необходимо.
В здании администрации рынка меня ожидал один из сотрудников уголовного розыска.
- Чем обрадуешь, Алиев, - спросил я.
- Сын Левина опознал вещи отца, их продает пожилая женщина. Мы намереваемся наблюдать за ней до закрытия барахолки.
- Почему так долго?
- Женщина продает вещи, вывалив их из трех больших мешков. Сама она такое количество одежды принести не могла. Значит, помощник или подъедет, или ходит где-то рядом.
- Имей в виду, любая рубашка, брюки, пиджак являются вещественными доказательствами, - предупредил и напомнил я.

Теперь поволноваться пришлось мне. Скупщики на рынке бывают двух категорий. Первая- сидит на барахолке годами, имея постоянное место. Они знают тех, кто занимается кражей чемоданов на вокзалах и совершающих кражи из квартир. Вор сдает скупщику краденое, получает сразу расчет и исчезает. В преступном мире таких людей называют “барыгами”. Вторая категория появляется на барахолке периодически. Вещи скупаются ими у соседей, знакомых или путем подворного обхода улиц. Одновременно эти люди перекупают и перепродают различные предметы, уже торгуя на рынке, не придавая значения, ворованные они или нет. К какой категории относится сбывающая вещи Левина женщина? Если к первой, то с ней будет не легко. Барыги стараются запутать следствие, не давать показаний, опасаясь возмездия со стороны поставщиков краденного.
Топот в коридоре прервал мои размышления.
- Заходи, - втолкнул в кабинет сопротивлявшегося мужчину Алиев. За ними вошла женщина и двое милиционеров.
- За что нас взяли, гражданин начальник, - обратилась она ко мне. - Почему на рынке такой беспредел, милиция без причины хватает кого хочет. Мужу руки скрутили. Пойду жаловаться прокурору.
- Вези в РОВД, - коротко приказал я сыщику.

В отделе внутренних дел к допросу задержанных подключился начальник милиции. Он ежедневно интересовался ходом расследования разбойного нападения на Левина, справлялся о его здоровье, консультировался с врачами.
- Супруги Рашид и Айша Каграмановы готовы помочь следствию, - подытожил трехчасовой разговор начальник.- Некий Мустафа дал им вещи для продажи и обещал завтра вечером прийти за деньгами. Но он мог умышленно ввести Каграмановых в заблуждение и изменить назначенное время. Сегодня же организуйте в их доме засаду.
На задержание Мустафы выехало четыре оперативника, не исключалась возможность, что к Каграмановым он придет не один.
- Всем вооружиться, - отдал я распоряжение.
- У меня кулаки работают быстрее пистолета, - пошутил Алиев, занимавшийся в секции рукопашного боя. – А удар ноги пробивает кирпичную стенку.
- Тоже мне, Брюс Ли нашелся, - улыбнулся я.-Будьте предельно осторожны.

В эту ночь мне не спалось, хотя в постель я лег в три часа. Мысли вертелись вокруг совершенных в последние дни преступлений. Какие из них имеют перспективу на раскрытие? Три квартирные кражи, два грабежа, три угона автомашин, два телесных повреждения. По двум кражам изъяты вещественные доказательства, одного грабителя потерпевшая опознала по видеотеке... в автомастерской обнаружен двигатель от угнанной накануне “Волги” , по одному телесному повреждению осталось задержать подозреваемых... В шесть часов утра отяжелевшие веки стали слипаться. Самое время поспать с часок. Однако зазвонил телефон.
- Георгий, -произнес в трубку дежурный по районному отделу внутренних дел, - твои ребята поймали Мустафу. Но… но…
- Что, что «но» , - почти закричал я,предчувствуя беду.
- Оперуполномоченный Алиев ранен.
- Чем и куда ранен?
- Ножевое ранение в область груди.
- Его жизни угрожает опасность?
- Думаю, нет. Иначе, ребята не привезли бы опера в городскую больницу.
- Буду на месте через сорок пять минут, - сказал я , бросив трубку на рычаг.

В приемном покое сидела сонная медсестра.
- Где мои сотрудники? – обратился я к дремавшей женщине.
- Кто? Какие сотрудники?
- Уголовного розыска.
- А - а, - произнесла она. - Раненный в операционной, остальные на верху.
На втором этаже здания больницы полулежали, развалившись на диванах, оперативники и задержанный.
- Он ударил Алиева в грудь ножом, - доложил опер, сидевший ближе всех к выходу, легким движением головы указывая на Мустафу. – Врачи успокоили нас, что рана не опасная.
- Поезжайте в отдел, - приказал я. - Допросите задержанного. Мне необходимо быть здесь, поговорить с хирургом.
Рану Алиеву врачи зашили к девяти часам утра. Вместе с приехавшим начальником милиции, волнуясь и переживая,мы успели выкурить по несколько сигарет.
- Как самочувствие больного, доктор, - едва приоткрылась дверь операционной, задал вопрос начальник.-Ранение тяжелое?
- Парень молодой, крепкий, вовремя повернулся боком, - устало ответил врач.- Однако, задето правое легкое.Алиев останется в стационаре недели на две. А пока до свидания. Извините, через двадцать минут следующая операция.

К моему приходу в РОВД оперативники закончили допрос и запись показаний Мустафы.Увидев предназначенные для продажи вещи,он признался в разбойном нападении на Левина.
- С кем Мустафа совершил преступление, - спросил я своего заместителя.
- Оперативная группа выехала на их задержание. Впрочем, одного не нужно искать. Состоящий на учете отдела внутренних дел, как тунеядец, Шестернев Павел Павлович лежит в больнице со множеством переломов ребер и ног.
- В какой больнице?
- В городской, центральной … В одной палате с Левиным. Старик не узнает его, так как Шестернев в ту ночь был в маске.
- Так это мужчина, которого сын Романа Ароновича кормил бульоном с ложечки?!
- Да. Оба попали в больницу почти одновременно. Не удержавшись под тяжестью похищенного чемодана, Шестернев сорвался с пожарной лестницы дома. Дружки оттащили его к знакомым.Те вызвали скорую помощь.
- Ну и ну, такое мне еще не встречалось. Преступник лечится в одной палате с потерпевшим, а начальник уголовного розыска выясняет у последнего приметы нападавших. Даже в надуманных детективных фильмах не увидишь такого сюжета.
- Детективы пишут люди, никогда не работавшие в уголовном розыске. Они не представляют весь процесс раскрытия преступления.
- Выяснили, кто указал разбойникам на квартиру Левина?
- Конечно, - открыл записную книжку заместитель. – Мустафа вышел из заключения около трех месяцев назад. В колонии он познакомился и подружился с Карауловым Арсеном, осужденным за сбыт наркотиков. Тот ранее жил в одном доме с Левиным. За обещание снабдить его анашой, Караулов дал адрес “миллионера” и начертил схему расположения квартиры Романа Ароновича.

Мой рабочий день закончился. Сегодня он был не столь продолжительным, всего четырнадцать часов. Я вышел в фойе и взялся за ручку двери с надписью «Выход».- Скорее на свежий воздух.
Но в это время, нагнавший меня дежурный офицер, протянул листок с адресом: в доме номер 16 по улице Кавалерийская совершено убийство мужчины.

Добавить комментарий