Случившееся, о котором пойдет речь, имело место в городе розового туфа – Ереване. Сейчас город не совсем розовый – пористый камень за многие годы вобрал в себя столько пыли, что цвет основательно изменился. И лишь иногда, когда какой-нибудь владелец офиса из неизвестных народу побуждений решит помыть здание снаружи, нет, кусочек здания, включающий в себя два-три окна его офиса, оставляя несколько жилых этажей выше немытыми, люди вспоминают рассказы почившего поколения, как некогда выглядел этот самый город розового туфа.
Когда-то Армения была крепко, казалось, неразрывно связана культурными, в частности, литературными отношениями с Россией – армянские писатели часто бывали в Москве, московские – в Ереване. Поездки не ограничивались, конечно, столицами. Много путешествовали писатели по русским лугам-просторам и армянским горам-взгорьям. Именно таким ветром занесло в армянский край одну известнейшую московскую поэтессу, нет, Поэтессу. Немножко манерную, но безгранично добрую и даже несколько наивную. Женщина прибыла с мужем, у которого были свои культурные дела в Ереване и из-за которых в один день он оставил жену в одиночестве в ресторане, собиравшем в своих стенах талантливых и не очень, и даже совсем без таланта писателей, поэтов, художников, музыкантов. Поэтесса заказала графинчик водочки и, отдавшись своим мыслям, принялась за распитие.
В этот день и час за соседним столиком сидел писатель и драматург, нет, Писатель и Драматург, которого уже окрестили прижизненным классиком армянской литературы, и тоже пил в одиночестве водку. Разгоняя спиртные пары, Писатель, как и Поэтесса, простой, добрый и наивный, вдруг увидел именитую даму. Подошёл! Представился! Пусть лично они и не были знакомы, но имена друг друга очень хорошо знали. Завязалась беседа. Графинчик водки сменялся другим, тот, в свою очередь, последующим. Когда окружающая обстановка уже намозолила глаза, Писатель пригласил Поэтессу к себе домой. Нет-нет, не из-за вожделенных помыслов, а так... по-дружески. Он, конечно, не отрицал чарующую красоту Поэтессы, но, даже находясь в изрядном подпитии, осознавал и немалую разницу в возрасте, и возможные последствия... Пригласил, чтобы продолжить водочную трапезу, но в домашней обстановке. Сколько длилась эта трапеза, уже никто и не сможет сказать, да и не было свидетелей тому, но Писатель и Поэтесса повалились на диван и дружно захрапели.
Жена Писателя обычно возвращалась с работы часам к семи, и этот день не стал исключением. Она привыкла к «подаркам» мужа, но такого, ТАКОГО (!!!) нахальства бедная женщина не ожидала.
Не знаю, пили ли они после этого втроём чай или кофе, беседовали или нет... Не знаю... Но Писатель до сих пор сохранил дружеские чувства по отношению к Поэтессе, хотя уже литературные связи между Арменией и Россией стали призрачными, он часто вспоминает о Ней. Жену же свою возлюбил пуще прежнего, так как, наконец-то, понял силу её любви. Но что самое интересное - после сцены, которую я опустила, всерьёз увлекся собачьми боями.
А имена героев не называю, потому что все трое живы-здоровы, Писатель и Поэтесса не утратили творческого вдохновения, пишут, радуют своих читателей и получают награды за заслуги от властителей своих государств. Ну и слава Богу!

© Copyright: Елена Шуваева-Петросян. Дата опубликования: 15.07.2010.

Добавить комментарий