Леон Агулянский

Деревянный
театр

Сцены из двух миров


Действующие лица:

В и к т о р – 48 лет, врач-хирург.
Ора – 48 лет, врач-анестезиолог – жена Виктора.
Л и о р – 30 лет, врач-хирург.
Н а т а л и – 40 лет, операционная сестра – подруга Лиора.
В и к т о ш а м о л о д а я – 27 лет, артистка театра, возлюбленная Виктора в прошлом.
В и к т о ш а п о ж и л а я – она же через 18 лет, 3 месяца назад репатриировалась с больной дочерью в Израиль.
Г о л о с а И л а н ы и Ш у ш а н ы – работниц медицинского центра слышны по трансляции из селектора.


Железнодорожное полотно взрывает пространство, разметая и смешивая "реальность" и "память".
Комната отдыха врачей в операционном блоке медицинского центра в Израиле (вторая Ливанская война, лето 2006 года); квартира Виктора в С.-Петербурге (лето 1988 года); сцена заброшенного деревянного театра образуют единое целое.

Электронное табло, показывает дату, время и температуру воздуха.

Персонажи, по ходу действия, переходят из "реальности" в пространство "памяти" и обратно.



Комната отдыха врачей.

Слышен шум винтов вертолета на посадочной площадке медицинского центра. Электронное табло показывает: 03.08.06 14:00 35С.

Г о л о с п о т р а н с л я ц и и о п е р а ц и о н н о г о б л о к а. Кислородный баллон – в третью комнату. Санитар - в послеоперационный отсек.

Входит Виктор, подходит к селектору, включает.

В и к т о р (в селектор). Хирургия?
Г о л о с п о т р а н с л я ц и и. Да, доктор.
В и к т о р (в селектор). Что с кровотечением?
Г о л о с и з с е л е к т о р а. Давление нестабильное.
В и к т о р. Точнее!
Г о л о с п о с е л е к т о р у. Сто, пульс сто двадцать.
В и к т о р. Кровь получает?
Г о л о с п о с е л е к т о р у. Четвертая порция.
В и к т о р (в селектор). У нас есть минут пятнадцать до начала операции. Подскочить?
Г о л о с и з с е л е к т о р а. Пока не надо. Закончим этот пакет крови, сообщим.
В и к т о р. О'кей. Бай. (Отключает селектор, присаживается, секунду сидит неподвижно, резко встает, идет в свою петербургскую квартиру, открывает холодильник, заглядывает, достает бутылку молока, отпивает глоток, включает электрический чайник, берет гитару, настраивает.)

Раздается сигнал селектора. Виктор быстро возвращается в комнату отдыха, спохватывается, идет обратно, выключает чайник. Берет гитару, идет назад, подходит к селектору, нажинает кнопку.

В и к т о р (в селектор). Да.
Г о л о и з с е л е к т о р а. Давление 105, пульс 90. Оперируйте спокойно.
В и к т о р (в селектор). Лиор еще у вас?
Г о л о с п о с е л е к т о р у. Пошел к тебе.
В и к т о р (в селектор). Хорошо. (Нажимает другую кнопку селектора.) Приемный?
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а. Приемный слушает.
В и к т о р. Илана?
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а. Да, Виктор. Секунду, пожалуйста... (Через селектор слышны объявления Иланы по трансляции приемного покоя.) Звено санитаров с каталкой и кислородом – к вертолету… Анестезиолог – на третий пост – сложная интубация... Рентгенотехник - срочно на второй пост... (Обращается через селектор к Виктору.) Извините, слушаю.
В и к т о р. Пашете?
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а . В течение часа… четвертый вертолет.
В и к т о р. Держитесь?
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а . Две раны надо посмотреть.
В и к т о р. Прислать Лиора?
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а . Операцию закончили?
В и к т о р. Не начинали.
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а. Сачкуете?
В и к т о р. Анестезиологи возятся.
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а . Давай Лиора - на третий пост.
В и к т о р. Идет. (Нажимает другую кнопку селектора.) Шушана?
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Да.
В и к т о р. Лиор спускается в операционную. Свяжись с ним. Отправь в приемный.
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Справишься?
В и к т о р. Начну без него. Понадобится – вызову.
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Хорошо.
В и к т о р. Бай!

Виктор берет гитару, продолжает настраивать.

Г о л о с п о т р а н с л я ц и и о п е р а ц и о н н о г о б л о к а. Две порции крови - в четвертую операционную!.. Уролог – во вторую.

Виктор ставит гитару, нажимает кнопку селектора.

В и к т о р. Илана?
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а. Да, доктор.
В и к т о р. Как с кровью?
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а. Есть пока.
В и к т о р. Плазма?
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а. Спрошу.
В и к т о р. Лиор явился?
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а. Нет еще.
В и к т о р. Как договорились, две раны и все. Вам хирурга только покажи, зацапаете на целый день.
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а. Показывать вы все мастера. Жаль без очков не вижу!
В и к т о р. Может и хорошо.
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а. Вот и поговорили.
В и к т о р. Ба-а-ай!

Виктор отключает селектор. Достает сигарету, щелкает зажигалкой, не закуривает.

Стук винтов вертолета превращается в шум сильного дождя.

Появляется Виктоша молодая. Среднего роста, худощавая, волосы темные, глаза крупные, лицо выразительное. Волосы мокрые от дождя, промокшие туфли в руке. В другой – старинный зонтик. Подкрадывается сзади, "пугает" Виктора, обнимает, повисает у него на шее.

В и к т о ш а м о л о д а я. Поцелуй меня... Холодно... (Целуются.)(Пауза.)
(Шутливо.) Согрел. (Забирает гитару, убегает.)
В и к т о р. Ты куда?
В и к т о ш а м о л о д а я. На сцену… (Появляется на сцене деревянного театра. На которой стоит детская деревянная лошадка.)
В и к т о р. Осторожно!.. Доски гнилые.

Дождь прекращается.

В и к т о ш а м о л о д а я. Давай за мной!..
В и к т о р. Нет.
В и к т о ш а м о л о д а я. Не бойся. Поднимайся.
В и к т о р. Рухнет все.
В и к т о ш а м о л о д а я. Ни за что! Ни в жизни, ни на сцене!..
В и к т о р. Можем оказаться под сценой.
В и к т о ш а м о л о д а я. Зато вместе. Если не помешают - сделаем ребеночка (улыбается.)

Виктор стоит, не двигается.

В и к т о ш а м о л о д а я. Ну? Идешь? Сцена выдержит двоих…( пытается открыть зонтик.) Если нет. Вот парашют.
В и к т о р. На одного.

В и к т о ш а м о л о д а я (вращает зонтик в руке.) Накрылся. (Смеется). В реквизите свистнула. (Смотрит на Виктора.) Поднимайся на сцену…
В и к т о р. Зачем ты пришла?
В и к т о ш а м о л о д а я (улыбнувшись). Вспомнил обо мне – я и пришла…
В и к т о р. Ты из другой пьесы. Ту… мы сыграли давно.
В и к т о ш а м о л о д а я. Это… было словно вчера...
В и к т о р. "Вчера" нет… Есть только "сейчас".
В и к т о ш а м о л о д а я (таинственно). "Сейчас"… тоже нет, мы убегаем от него. Убегаем, убегаем…
В и к т о р (улыбается). Где ты? Дома? На гастролях?
В и к т о ш а м о л о д а я. Здесь… с тобой…
В и к т о р. Почему ушла… тогда?
В и к т о ш а м о л о д а я (с улыбкой). Я убежала… Но не ушла…
В и к т о р. Почему? Зачем? (Морщится, прогибаясь, положив руку на поясницу.)
В и к т о ш а м о л о д а я. Спина?..
В и к т о р. Да.

Виктор садится на стул.

В и к т о ш а м о л о д а я (идет к Виктору, ставит гитару у стены). Что за комната?..
В и к т о р. Курилка в операционной.
В и к т о ш а м о л о д а я. Курилка?..
В и к т о р. Вообще-то здесь нельзя курить. Больница о нашем здоровье заботится… Смешно.
В и к т о ш а м о л о д а я. В России врачи курили на лестнице…
В и к т о р. Везде.
В и к т о ш а м о л о д а я. Будь я твоей женой, не разрешила бы тебе курить…
В и к т о р. Жена все разрешает. Давно. Сама курит больше меня… Причин хватает.
В и к т о ш а м о л о д а я. У вас что-то случилось?..

Виктор молчит.

В и к т о ш а м о л о д а я. Секреты и тайны… Поиграем в молчанку (смотрит на пол и вокруг.) Кафельные полы. На баню похоже.
В и к т о р. Паримся днем и ночью.
В и к т о ш а м о л о д а я. Сауна с девочками?..
В и к т о р. Без девочек в нашем деле никуда.
В и к т о ш а м о л о д а я. Здесь тоже врачи заводят шашни с пациентками?..
В и к т о р. Здесь за это сажают.
В и к т о ш а м о л о д а я. Не жалко хирурга в тюряге держать? Врачей не хватает…
В и к т о р. Не у нас.
В и к т о ш а м о л о д а я. Похудел…
В и к т о р. На ногах днем и ночью.
В и к т о ш а м о л о д а я. Ты… до операции или после?..
В и к т о р. Между.
В и к т о ш а м о л о д а я. Отдыхаешь?
В и к т о р. Будем считать, что так...

Слышен шум винтов приземляющегося вертолета.

В и к т о ш а м о л о д а я. Что это?..
В и к т о р. Отгадай.
В и к т о ш а м о л о д а я (шутливо). Фонограмма спектакля, только громко… Пусть сделают потише…
В и к т о р. Раненых тащат из Ливана.
В и к т о ш а м о л о д а я (серьезно). Настоящие?..
В и к т о р. Убитые тоже... На севере койки забиты… Еще долго париться.

Шум винтов вертолета удаляется и затихает.

В и к т о ш а м о л о д а я. Затихло, а воздух не успокоился... Это что? Будет гроза?..
В и к т о р. Нет у нас летом гроз… Войны.
В и к т о ш а м о л о д а я. Душно. Сюда бы дождя холодного… питерского… Наш деревянный театр был простуженный, больной после дождя. Краска на стенах облупилась, никому дела нет. Стоял, не жаловался. Гордый… Не просил. Ничего не хотел менять…
В и к т о р. Я тоже ничего не просил.
В и к т о ш а м о л о д а я. Просил. Хватило одного твоего взгляда. Не смогла отказать. Мало тебе на диване. На старых досках уложил. Не стыдно?.. Пригвоздил меня на всю оставшуюся… До сих пор боль не прошла. (Пауза.) Что стряслось? Ну, говори!..

Пауза.

Входит Ора. Волосы светлые, аккуратно собраны на затылке. Ее внешность привлекает, но устанавливает дистанцию. Садится, молчит. Внезапно встает, уходит в петербургскую квартиру.

В и к т о ш а м о л о д а я. Это такая пауза или такая роль?.. Ни тебе "здрасте", ни тебе "спасибо". У нас в гримерке такое бывает. Войдет курва, сядет, морду рисует и молча ненавидит. Виделись уже что ли?
В и к т о р (Оре). Привет…
О р а. Виделись.
В и к т о р (морщась от боли). Черт!
Ора (Виктору). Болит?..
В и к т о р. Немного. Как отец нашего кардиолога?
Ора. Куда с таким инфарктом!.. Ушел (прикасается ладонью к чайнику, наливает воду в стакан, пьет.)
В и к т о р. На поминки времени нет. Работать надо.
В и к т о ш а м о л о д а я (смотрит на Ору с интересом). Жена? Виктория?
В и к т о р. Здесь ее имя Ора.
В и к т о ш а м о л о д а я. Чем было плохо Виктория?.. Голову отрезали, только хвост остался: Викт-Ори-я. Нет. Викт (указывает на Виктора.) Ор (указывает на Ору.) и я (указывает на себя.) Срослись?..
В и к т о р. Работаем в одной больнице. Та же фамилия, то же имя. Неудобно. Ора – действительно вторая половина от Виктор: Викт – Ор.
В и к т о ш а м о л о д а я. Сделана из твоего ребра?..
В и к т о р. Болит до сих пор.
В и к т о ш а м о л о д а я. Что это значит Ора?..
В и к т о р. Ор – свет.
В и к т о ш а м о л о д а я. Ясно. В Светки заделалась. А ты теперь кто? Хайм или Звулун?..
В и к т о р. Остался Виктором.
В и к т о ш а м о л о д а я. Всегда побеждаешь?..
В и к т о р. Победа только в имени. (Оре.) Помассируй (указывает на плечи.) Не сильно только.
Г о л о с п о т р а н с л я ц и и о п е р а ц и о н н о г о б л о к а. Баллон с кислородом в пятую операционную. Санитар - в чевертую.

Ора возвращается из петербургской квартиры, начинает массировать Виктору плечи.

В и к т о р (раздраженно). Не здесь!
Г о л о с и з с е л е к т о р а. Доктор Ора, можно укладывать больного?
О р а (в селектор). Давайте. Уже иду. (Виктору, улыбаясь.) В другой раз, если представится… Если представится.
В и к т о р. Не забудь.
О р а. Запишу.
В и к т о р. Найди "окно"… между наркозами.
О р а. Если не получится, другую массажистку найдешь, тебе не привыкать (идет к выходу из комнаты, останавливается.)
В и к т о р. Вот только сцен ревности не хватало. Нечем заняться тебе?
О р а. Скучать не дают… Отстоишь у стола?
В и к т о р. Некому заменить.
О р а. Прими таблетку.
В и к т о р. Есть что-нибудь?
О р а. Посмотрю. (Идет искать).

Виктоша молодая подходит к Виктору, продолжает массировать плечи вместо Оры.

В и к т о ш а м о л о д а я. Ругаетесь? Надеюсь, не из-за меня? Что стряслось?..
В и к т о р. Жизнь бьет ключом.
В и к т о ш а м о л о д а я. Понятно. Жизнь виновата.

Виктор вздрагивает.

В и к т о ш а м о л о д а я. Не дергайся. Сделаю не хуже ее. Ты у нас переходящий приз.
В и к т о р. Она должна бежать... Операция. Поважнее моей спины. (Пауза.)
В и к т о ш а м о л о д а я (с улыбкой). Как… поживает ваш Денис?..
В и к т о р. Там был Денис. Здесь – Ницан.
В и к т о ш а м о л о д а я. Ницан. Что это значит?..
В и к т о р. Бутон, который не раскрылся.
Г о л о с по т р а н с л я ц и и о п е р а ц и о н н о г о б л о к а. Доктор Вайс, к телефону в приемной.

В комнату отдыха входит Лиор. Среднего роста, короткая стрижка, взгляд веселый, легкая небритость.

Л и о р (Оре). Что ищет Викуша?
О р а (с улыбкой). Просила не называть меня собачей кличкой!
Л и о р. Никогда больше! (Поднимает руку, как принимающий присягу Президент.) Невер эгейн! Только Ора! Но почему? Для меня Ора, для Наташки - Виктория.
О р а. Наташку не перевоспитаешь.
Л и о р. Да что ты говоришь?! А я и не знал!
О р а. Связался с русской красавицей – терпи. От боли что-нибудь есть?
Л и о р. Страдаем, но терпим.
О р а. "Дом терпимости". Сейчас заплачу.
В и к т о ш а м о л о д а я (Виктору). Кто это?..
В и к т о р (Виктоше молодой). Лиор – младший хирург в бригаде.
Л и о р (Виктору). Зря меня отправил в приемный. (Садится в кресло.) Справляются. Это Илана тоскует, позвала.
В и к т о ш а м о л о д а я (Виктору). Легче?..
В и к т о р. Продолжай.

Виктоша молодая продолжает массаж. Входит Натали. Яркая, броская внешность. Блондинка. Мимо такой женщины нельзя пройти, не обернувшись.

Н а т а л и (Виктору). Смотрите, нашелся! Где шлялся, "беженец"? Что, забыл дорогу домой? Жена таблетки глотает, а он потерялся.
О р а (Натали). Разберемся сами.
Н а т а л и (Виктору). С кем пил? (Смотрит на Лиора.) Ясно! В клюв залили, гитару, и - к девочкам. (Виктору.) Отстал. Девчонки сегодня без романсов лягут. Теперь другой инструмент в почете. Голова болит или ниже?
О р а. Спина. А может и ниже. Не проверяла.
Н а т а л и (Оре). Небось забыла, что это "пониже" вообще существует и где находится. (Виктору.) А ты забыл, что у тебя жена дома!
Л и о р. Натка, оставь его! Еле жив от усталости, да еще спина…
Н а т а л и. Гитару под задницу не подложишь – больно. Позы надо менять!
Л и о р. Натка, помолчи!
Н а т а л и. Дорога к сердцу в наши времена лежала через песни и дым костра.
В и к т о р. Ну, опять началось!
Н а т а л и (ищет в кармане халата). Этопан сгодится для героя? Кстати, можно и после виагры.
О р а. Натка, в самом деле! Хватит!
В и к т о р. Почему?! Продолжай! Скукотища. Концерт в самый раз!
В и к т о ш а м о л о д а я (тихо). Что натворил?..
Н а т а л и (вынимает несколько упаковок с таблетками из кармана). Кобели! Виагры нажрутся, готовы позвоночник сломать. Массируй их потом из последних сил.
О р а. Норваск свой принять не забыла?
Н а т а л и. Давление в норме. (Смотрит на палец.) Сломала! Перчатки разорвутся. Где ножницы? (Оре.) Посмотри.
О р а (ищет в ящике стола). Бардак у мужиков!
Н а т а л и. Лиор, иди – найди мне ножницы! Не видишь, ноготь сломала, подравнять надо!
Л и о р (сидя с закрытыми глазами). Зачем?
Н а т а л и. Дурила, могу тебе спину поцарапать!
Л и о р. Один секс у тебя в голове. Дай ноги вытянуть пару минут.
Н а т а л и. Нежный стал! Стареешь! Найду помоложе.
Л и о р. Те, что помоложе – на войне, вместе с твоим сыном.
Н а т а л и (резко подняв руку ладонью вперед). Все, хватит!
(Идет к столу, обращается к Оре.) Дай посмотрю (Заглядывает в ящик стола.) Нет ни фига. "Бермудский треугольник". Все исчезает странным образом.

Пауза.

В и к т о ш а м о л о д а я (смотрит на Лиора). Симпатяга…
В и к т о р. Женщинам нравится.
В и к т о ш а м о л о д а я. Неудивительно…
Н а т а л и. Лиор, сам наведешь порядок? Или филиппинку тебе пригласить?
О р а (Натали). Отобьет у тебя мужика. Филиппинки знаешь какие?! Мышцы влагалища с детства тренируют. Накачают и удерживают мужиков…
Н а т а л и. Вика, придется тренироваться на старости лет.
В и к т о ш а м о л о д а я. У вас шутки погрязнее, чем в театре…
В и к т о р. Здесь, в курилке, адреналин "откатывает" - выражения помягче. Ерунда по сравнению с тем, что звучит в операционной.
Г о л о с и з с е л е к т о р а. Доктор Ора, больной на столе…
Г о л о с п о т р а н с л я ц и и о п е р а ц и о н н о г о б л о к а. Доктор Вайс, - в третью операционную.
Н а т а л и. Нашла! (Достает таблетки из кармана.) Задурили голову бедной девушке!.. (Протягивает таблетки Оре.) Спаси муженька, пока другая не спасла. Желающих хватает.
О р а (наливает воду в стакан, передает Натали). Все. Пошла. Пока!
Л и о р. Натка, слышала, Вайса в третью позвали? Как же он без тебя?
Н а т а л и. Сейча-а-а-с и меня позовут. И вас не забудут.
В и к т о р. Нам рано.

Лиор встает, прохаживается, разминая ноги.

В и к т о р (Лиору). Проверил раненого через задний проход?
Л и о р. Нет.
В и к т о р. Почему?
Л и о р. Он отказался: я не в его вкусе. Пальца моего испугался.
Н а т а л и (Лиору). Потому что ногти грызешь.
В и к т о р (Натали с улыбкой). Как ты его терпишь?!
Н а т а л и. Сама удивляюсь. Достанет - посылаю.
Л и о р. Солдатик меня тоже послал.
Н а т а л и. Куда?
Л и о р. Как у вас принято. В то место, которое я хотел обследовать.
В и к т о р. А у вас как принято?
Л и о р. А у нас – все написано: "Возлюби ближнего своего, как себя самого".
В и к т о р. Так его возлюбил, что решил пальцем в задницу не обижать?
Л и о р. Насиловать, что ли? Библию изучали?
В и к т о р. Мы изучали, как человеческое тело превращает пищу в дерьмо.
Н а т а л и. Только пищу?
В и к т о р. Абсолютно все.
Л и о р. Бедный словарный запас. Говно – ключевое слово. Другим словам вас здесь не обучили?
Н а т а л и. Нас обучили, и мы усвоили, что евреи испражняются как все, несмотря на избранность. Поэтому и здесь мы можем работать в медицине. В говне копаться. Простите за слово "копаться".
Л и о р. Прощаю. Куда деваться?
Н а т а л и (поднимаясь на сцену старого театра). Некуда. Ты вместе с нами. Душу в теле удерживаешь руками, а не цитатами из Библии. (Драматическим тоном.) Там наверху все уже решено, спланировано… самым главным автором… Он один знает, когда и кому уходить со сцены.
Л и о р. Ах, Наташка! Забудь, что хотела в актрисы… Ты операционная сестра.
В и к т о р. Между прочем, классная.
Н а т а л и. Это было давно.
В и к т о р (посмотрев на Лиора). Что, секс?
Н а т а л и. Нет, театральный. Мечтала играть в "Чайке" и "Вишневом саду".
Л и о р. Чехов?
В и к т о р. Садись, пять.
Л и о р. У нас цветут вишневые сады, а жизнь по Чехову не получается. Ритм другой.
Н а т а л и. Ты про секс?
Л и о р. Мы - люди темпераментные.
Н а т а л и. Разные.
Л и о р. Лед и пламя.
Н а т а л и. Но и лед можно растопить. Главное, чтобы факел не потух (гасит сигарету, делает несколько балетных па.)

Пауза.

В и к т о ш а м о л о д а я (Виктору). Не старовата для него?..
В и к т о р. Он так не думает, хотя старше ее сына всего на десять лет.
В и к т о ш а м о л о д а я. Есть и такие пьесы. Играла… (Прекращает массаж.) Устала… пойду. Весело у вас. Про мат и секс ясно. Но почему прикалываются и для тебя стараются – не понимаю… Где ночью был? (Нараспев.) На-чу-дил... Правда, по девкам бегаешь? (Поставленным голосом.) Не верю… (Смеется.) Ладно, пошла. За гитарой моей присмотри… (Исчезает. Виктор растерянно смотрит вслед.)
Н а т а л и (возвращаясь в комнату отдыха). Отпуск накрылся, не отпустят! Сил никаких! Чего зимой было не повоевать? Опять же, не жарко.
Л и о р. Не положено зимой.
В и к т о р. Кем не положено?
Л и о р (поднимает глаза к потолку). Им не положено.
Н а т а л и (с вздохом). Опять будет из нас евреев делать…
Л и о р. Скажите спасибо.
Н а т а л и (указав на Лиора). Прав. Евреями не рождаются, ими становятся.
Л и о р. Смотрите, "я прав!"
О р а (входя). Бывает.
В и к т о р (Оре). Что?
О р а. Нет согласия на операцию. Успею сигарету выкурить (закуривает.)
Н а т а л и. Давай, умник, пока народ не разбежался.
Л и о р (поднимаясь на сцену старого театра). Даю… Что у нас на дворе?
Н а т а л и. Война.
Л и о р. Не просто война, а Девятое Ава.
Н а т а л и. При чем здесь это?
Л и о р. День разрушения Храма… (Подняв палец кверху.) Божья кара!

Натали смотрит на Лиора, делает знаки замолчать.

Л и о р. Скажите, интеллектуалы заморские, историю с Адама и Евы изучали?
Н а т а л и (указывая на Лиора). С обезьяны.
Л и о р. Спасибо. Из обезьян – к французской революции. Свобода, равенство, братство. Первая мировая бойня, Вторая мировая бойня…
Н а т а л и. Короче!
Л и о р. Можно короче. Французская революция мне по барабану. Войн своих хватает… Понаехали со своей культурой, о нашей слышать не желаете (Указывает на Натали.) Спасибо, хоть девок красивых привезли!
Н а т а л и. Не девочка, зато хороша.
Л и о р. Сам выбирал. Теперь молюсь на нее.
Н а т а л и (поглаживая бедра). Этот храм не разрушишь, даже Девятого Ава.
Л и о р. К Храму вернулись…(Пауза.) Он был разрушен дважды, именно в этот день, с интервалом в 650 лет. Девятого Ава начались Крестовые походы и изгнание евреев из Англии и Франции, подавление восстания Бар-Кохбы… Вот, теперь и задумайтесь, почему война сейчас, в канун Девятого Ава, а не зимой?!
Г о л о с и з с е л е к т о р а. Натали - в третью операционную.
Л и о р. Твой выход, актриса… Загримируешься по дороге…
Н а т а л и. Вайс без Натали… не Вайс…
Л и о р. А кто?
Н а т а л и. Сашка Беленький из Минска…
Л и о р (Натали). Будешь ему глазки строить – убью!
Н а т а л и (резко). Убитых хватает. (Пауза.)
Л и о р. Хватает! У нас о войнах узнают не из книг. Здесь просто, как в библейские времена: надел шлем, взял копье, поднялся на крепостную стену и получил стрелу прямо в горло!
О р а. Все! С меня хватит! (Выбегает из комнаты.)
В и к т о р (спешит за ней). Ора! Ора! Подожди! Нельзя так! Тебе работать! (Выбегает из комнаты вслед за Орой.)
Н а т а л и (Лиору). Ты что, оборзел?! Я тебе "заткнись" показываю - монологи толкаешь! "Девятое Ава",.. "стрела в горло"… Дурак совсем?! Забыл, как она выглядела неделю назад на кладбище? Виктор… не лучше.
Л и о р (виновато). Я хирург, не актер, как некоторые… (возвращается в комнату отдыха.) Год прошел, как мальчика нет. Забыл я, что Нисан погиб в день Девятого Ава. Невозможно на каждое слово оглядываться. Вперед надо смотреть… И тебе не мешало бы язык попридержать. Виктору допрос учинила, где, да с кем! Чего ты суешься?
Н а т а л и. Лучше сидеть и молчать?

Возвращается Виктор.

Н а т а л и (протягивает Виктору таблетку). Вик, нашли таблетку. Держи.
В и к т о р. Не надо. Лиор уколет – быстрее подействует.
Н а т а л и. Здрасте! (Залпом выпивает воду из стакана.) Комнату перевернули, разругались из-за таблетки - ему не надо!
Л и о р. Уколю с удовольствием, в то место, куда вы друг-друга посылаете.
Н а т а л и. Зачем я пришла-то?
Л и о р. По мне соскучилась.
Н а т а л и. Послать тебя?.. Вспомнила! Девочку с венами в кардиологии видели?
Л и о р. Да.
Н а т а л и. Мамаша ее здесь. Всех достала. Очередь за вами.
В и к т о р. Почему здесь?
Н а т а л и. В отделении все заняты, некому с ней поговорить.
В и к т о р. Мы – самые свободные! Груши околачиваем! Где она?
Н а т а л и. На входе у Шушаны.
В и к т о р. Одна?
Н а т а л и. Не знаю.
Л и о р (говорит в селектор). Шушана?
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Да.
Л и о р. Где мать девочки?
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Здесь.
В и к т о р. Пошли сюда. Халат дай.
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Сейчас все брошу, пойду халат искать!
В и к т о р. Свой отдай.
Л и о р. Публика, наконец, твои формы увидит. Войну сразу забудут.
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Вам тоже показать?
Л и о р. Мы с дамой.
Н а т а л и. Ухожу. (Чуть приподняв руками грудь.) Где мне соперничать с Шушаной!
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Не скромничай.
Н а т а л и (в селектор). Бай, Шушана, действуй... Не забудь, у Лиора после дежурства стойкости не хватает. Ты знаешь, как с этим бороться.
Л и о р. Тебе зонд поставить – желчь откачать?
Н а т а л и. Шушане… поставь.
Л и о р (протягивает). Держи ножницы.
Н а т а л и. За это спасибо. (Берет ножницы. Уходя.) Какие швы готовить?
В и к т о р. Как обычно.
Н а т а л и. Позову вас. Бай!
Л и о р (с вздохом). Хороша! Очень хороша!
В и к т о р. Не спорю.
Л и о р. Готовь задницу. Пойду шприц наберу.
В и к т о р. Оставь.
Л и о р. Предупреждай, когда дома не ночуешь. Прикрою.
В и к т о р. Прикрывать нечего. Я с Орой уже много лет… Пашем, отдыхать вместе пытаемся … После гибели Ницана оглянуться назад нет ни времени, ни сил. Ревность - для романов и пьес - не для нас. Долг...
Л и о р. Ссуда?
В и к т о р. Безвозвратная.
Л и о р. Возвращать не нужно?
В и к т о р. Жизни не хватит - расплатиться.
Л и о р. А что вчера? Другая ссуда?
В и к т о р. Наломался в операционной и в приемном. В три ночи уехал.
Л и о р. Все?
В и к т о р. Остановился под красный и уснул… Стоял в правой полосе. Ни полиция, ни террористы не разбудили. Проснулся – на работу надо.
Л и о р (смотрит на него). Это все, доктор?
В и к т о р. Это… все.
Л и о р. Про светофоры другим вкручивай… Вик, идите к психологу… Многие, потерявшие детей, обращаются…
В и к т о р. Ты мне еще валерианку пропиши. Дальше надо ехать.
Л и о р. Уговариваешь меня или себя? Долг у него, ссуда! Думаешь, не вижу, что хочешь с поезда спрыгнуть?! На такой скорости не прыгают.
В и к т о р. Почему?
Л и о р. Задницу сломаешь!
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а (на фоне звук монитора в операционной). Хирурги?
Л и о р. Да, Наташа.
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Длинные инструменты вам открыла. Большого ранорасширителя нет.
В и к т о р. Как нет?
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а (раздраженно). Домой утащила, расширяю себе кое-что!.. Занят он, в первой комнате.
В и к т о р. Справимся без него.
Л и о р (приближается к селектору). Наташа, Вайс не пристает?
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Катетер ставить?
Л и о р. Кому, Вайсу?
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Смешно!
Л и о р. Ставь. Зови, когда можно мыться.

Слышен звук отключения селектора.

Л и о р (восхищенно качая головой). Даже по селектору хороша!

Раздается сигнал селектора. Лиор нажимает кнопку.

Л и о р. Да!
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Виктор?
Л и о р. Нет, Лиор. Слушаю, пышная моя.
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. К Виктору – посыльный с конвертом.
Л и о р. В военной форме?
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Через стенку видишь?
Л и о р. Вижу - потрогать не могу.
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Натали пожалуюсь.
Л и о р. Максимум, по заднице надает.
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Вот, что тебя возбуждает.
В и к т о р (Лиору). Выскочу – распишусь. (В селектор.) Шушана, иду (выходит.).

Звонит телефон.

Л и о р (поднимает трубку). Алло… Да, Ора. Ты где? В реанимации?.. Вышел… Знает – пошел расписаться… Шушана трепанула?.. Да... Передам… Что делать. Война… Не волнуйся. Нормально все будет… Не мальчишка, зря подставляться не станет… Да... Знаю… Знаю… Но там сейчас нужнее… Не паникуй. Это быстро кончится… Успеет до твоего дня рождения… Максимум, отложишь… Как парень, что мы вчера оперировали?.. Что?! Когда?.. Черт знает, что такое!.. Ладно. Работай… Не знаю, как пойдет… Часа три провозимся… Домой?.. Не успеет. Отсюда поедет, как есть… Дадут ему шмотки… Ну, все. Бай. (Кладет трубку, разочарованно). Дичь какая-то! (Закуривает сигарету, садится.)

Возвращается Виктор с документом в руке.

В и к т о р. Ты же бросил.
Л и о р. Парень вчерашний… с огнестрельным грудной клетки… не потянул.
В и к т о р. Жаль! (Пауза.) К семье я выйду. Не суйся.
Л и о р. Нет. Сам.
В и к т о р. Будь осторожен, можно отвертку или нож в спину получить.
Л и о р. Хватанул повестку номер восемь?
В и к т о р. Может, к лучшему.
Л и о р. Думаешь, война проблемы решит?
В и к т о р. Заткнись! Что будет с отделением? Тебя призовут не сегодня – завтра.
Л и о р. Кто останется, будет пахать круглосуточно.
В и к т о р. Домой надо заскочить – собраться.
Л и о р. Застрянем - сменить тебя некому. Отсюда поедешь. Даже ближе. Бензин сэкономишь.
В и к т о р. Ора знает?
Л и о р. А ты думал?!
В и к т о р. Хуже нет, чем с женой работать.
Л и о р. Мне нравится.
В и к т о р. Потому что не жена.
Л и о р. Официально нет. Какая разница? Я к ней военные шмотки перевез.
В и к т о р. Если у нее – твоя зубная щетка, это приятельница. Военная сумка – гораздо больше... Забуксовал. Решил бы что-то...
Л и о р. Что?
В и к т о р. Сын у нее десантник. В одной части можете оказаться.
Л и о р. Буду оберегать от пули снайпера, папаша вроде. (Пауза.)
В и к т о р. Я вот сына не уберег...
Л и о р. Что за чушь? При чем здесь ты? Не дури мне голову и себе тоже!
В и к т о р. Дурить голову ты мастер. Наташке в первую очередь! Что у вас общего?!
Л и о р. Ничего, но будет.
В и к т о р. Ехать в одном поезде учиться надо.
Л и о р. Учимся, но…
В и к т о р. Кто мешает?
Л и о р. Старики мои… Проблема с ними…
В и к т о р. Не хотят, чтобы вы засыпали вместе?
Л и о р. Не хотят, чтоб вместе просыпались.
В и к т о р. Засыпать вместе научились. Научитесь и просыпаться вместе.
Л и о р. Сам не умеешь ни того, ни другого, а туда же – учить берешься.
В и к т о р. Знакомо мне это все.
Л и о р. Все тебе знакомо.
В и к т о р. Чужая она для вас: из другого теста слеплена…
Л и о р. Тесто то же. Пекарня другая.
В и к т о р (улыбается). Еще не поняли, что у всех дерьмо одного цвета.
Л и о р. Почему любой разговор у вас заканчивается говном? Не удивительно, что у Натки со стариками ничего не получается.
В и к т о р. У тебя разговор с ее сыном получается?
Л и о р. Языки разные. Все. Пошел я, сообщать. Сейчас начнется. Хорошо, операционная рядом. Спасешь, если что. (Выходит.)
В и к т о р. Давай. (Смотрит в повестку, кладет ее обратно на стол. Смотрит вслед Лиору. Встает, бьет кулаком по столу. Кладет повестку в карман. Берет гитару. Идет в петербургскую квартиру, пытается наигрывать.)
Виктоша молодая появляется на сцене старого театра, открывает зонтик, изящно делает балетные па, которые пыталась делать Натали.

В и к т о ш а м о л о д а я (танцуя, напевая). Пам-пам, пам-пам, тарам-пам-пам. Что это, в кармане?..
В и к т о р. Повестка номер восемь.
В и к т о ш а м о л о д а я. Тарам – пам – пам. Получил семь повесток и не явился?..
В и к т о р. Эту вручают лично в руки. Явка в 24 часа…
В и к т о ш а м о л о д а я. Тарам – пам - пам. Вот как!.. Из операционной – тарам – пам – пам - в окопы?..
В и к т о р. Какие окопы? Там камни одни.
В и к т о ш а м о л о д а я. В старых фильмах войска ехали на фронт в эшелонах. Долго ехали...
В и к т о р. Здесь - другое кино. Бросил сумку в машину, два часа езды – и на линии огня. Страна маленькая. Война может оказаться последней.
В и к т о ш а м о л о д а я. Тарам – пам – пам. Не люблю слово "последний"… Последняя надежда, последний шанс…
В и к т о р. Последний вздох.
В и к т о ш а м о л о д а я. Последний поцелуй…
В и к т о р. Последний трамвай.
В и к т о ш а м о л о д а я. Уже лучше…
В и к т о р. Последний шов. Знаешь, что это?
В и к т о ш а м о л о д а я. Нет… Тарам – пам – пам…
В и к т о р. У хорошего анестезиолога, когда хирург накладывает последний шов, больной должен выйти из наркоза… Ты проснулась тогда?
В и к т о ш а м о л о д а я. Нет. Сплю и вижу не лучшие сны… (Пауза.)
В и к т о р. Было подозрение на острый аппендицит. Сэкономил на разрезе. И пожалел об этом. Короче, распахал тебе живот. Тарам – пам – пам получился.
В и к т о ш а м о л о д а я (заканчивает танец, поднимает кофточку). По-моему, ничего...
В и к т о р. Вышло неплохо.

Стук винтов вертолета переходит в стук колес поезда и шум дождя. Петербург. Электронное табло показывает: 24.06.88 16:10 17ºС.

Виктоша молодая берет из рук Виктора гитару, надевает на плечо, ищет укрытие. Виктор подходит к ней.

В и к т о р. Виктория? Что вы делаете на улице в такую погоду?.. После операции нужен покой…
В и к т о ш а м о л о д а я. Покой?..
В и к т о р. Можно под вашу крышу?
В и к т о ш а м о л о д а я. Она прохудилась…
В и к т о р (становится под зонтик). Лучше, чем ничего.
В и к т о ш а м о л о д а я. Гитару жалко...
В и к т о р. Сами промокли. Я выписал вас еще утром. Почему не дома?
В и к т о ш а м о л о д а я. Нет дома…
В и к т о р. Как нет? Бездомная?
В и к т о ш а м о л о д а я. Почти…
В и к т о р. Не понял.
В и к т о ш а м о л о д а я. Гастроли закончились. Наши улетели… Попала в больницу…
В и к т о р. Актриса?
В и к т о ш а м о л о д а я. Провинциального театра… Вы аппендицит у Чайки вырезали, жизнь ей спасли. Благодарность от коллеги Чехова получите…
В и к т о р. Видел "Чайку" в студенческие годы.
В и к т о ш а м о л о д а я. Жалко, свою пациентку на сцене не увидели…
В и к т о р. Только на столе.
В и к т о ш а м о л о д а я. Понравилась?..
В и к т о р. Аппендицит был - что надо!
В и к т о ш а м о л о д а я. Изнутри. Как снаружи?..
В и к т о р. Снаружи – врачебная этика не позволяет.
В и к т о ш а м о л о д а я. Доктор, какое самообладание! Пациенткам не оставляете надежды!..
В и к т о р. Куда, на ночь глядя?
В и к т о ш а м о л о д а я. Попробую улететь…
В и к т о р. В кассе постоянно нет билетов.
В и к т о ш а м о л о д а я. Что делать? На вокзал?..
В и к т о р. Затолкают - мало не покажется.
В и к т о ш а м о л о д а я. Попробую… Надо было побеспокоиться заранее… Не подумала…
В и к т о р. Поздно доходит, что надо делать заранее. Едем. Я живу у Финляндского.
В и к т о ш а м о л о д а я. Что скажет ваша жена?..
В и к т о р. Упрекнуть меня некому.
В и к т о ш а м о л о д а я. Неловко стеснять вас…
В и к т о р. А мне… неловко оставлять женщину одну, под дождем, в чужом городе. Я не соблазняю. Просто хочу помочь.
В и к т о ш а м о л о д а я. Жаль!..
В и к т о р. Что не соблазняю или что хочу помочь?
В и к т о ш а м о л о д а я (взглянув ему в глаза). Первое!..
В и к т о р (улыбаясь). Запрещено соблазнять пациенток.
В и к т о ш а м о л о д а я. Меня уже выписали…
В и к т о р. Едем, Виктоша. Можно так?
В и к т о ш а м о л о д а я. Почему не Виктория?..
В и к т о р. Виктория это…
В и к т о ш а м о л о д а я. Победа…
В и к т о р. Еще победы над вами... не одержал.
В и к т о ш а м о л о д а я. Поняла. Виктория – с аппендицитом, Виктоша – без… Не возражаю. Пора иметь сценический псевдоним. Поехали!.. (Виктоша молодая исчезает.)

Стук колес поезда перерастают в шум лопастей вертолета. Израиль. Электронное табло показывает: 03.08.06 14:10 32ºС.

Виктор за столом перебирает рентгеновские снимки. Входит Лиор.

В и к т о р. Что?
Л и о р. Как всегда. Слезы, причитание. Еще одна семья потеряла ребенка… Извини.

Пауза.

Л и о р. Шушана достала халат для мамаши девочки. Готовься к бою. Мадам настроена решительно. Сейчас явится.
В и к т о р. Как зовут?
Л и о р. Мать?
В и к т о р. Девчонку!
Л и о р. Екатерина. Откуда вы берете такие длинные имена?
В и к т о р. Катя…
Л и о р. Это лучше.
В и к т о р. Та, что в кардиологии с пороком сердца?
Л и о р. Странная такая, маленькая, худенькая, выглядит на четырнадцать.
В и к т о р. Митральный порок. Неудивительно.
Л и о р. Утром захожу к ней в палату. Что на тумбочке? Знакомая физиономия на обложке, Чехов! Наташка и Чехов – можно понять, девочка за что? "Что читаешь?", - спрашиваю, - "Чехова". "Вижу, не Бялика. Что именно?" – "Чайка". И шпарит на иврите про людей, львов, куропаток, и, с позволения сказать, рогатых оленей. Мало того, Земля – угасла, а бедная Луна забыла зажечь дальний свет. Лето, жара, пробки. А она: "Холодно, холодно, холодно, пусто, пусто, пусто, страшно, страшно,". "Милая", - говорю, - "Может, Гарри Поттера принести? Не так вредно для здоровья". Отвечает: "Учу монолог –в театральный поступать ". Еще одна артистка... У вас все женщины в театральный стремятся?
В и к т о р. Многие.
Л и о р. У нас – проще. Связи, бабки – гоп, и на телевидении. А выпускники театрального – гоп, и с подносом в ресторане. А чайки? Чайки за окном на набережной кричат.
В и к т о р. Койка у окна?
Л и о р. Что? А, да.
В и к т о р. Помню…
Л и о р. Видел ее руку вчера.
В и к т о р. Ну?
Л и о р. Сильное воспаление вены от капельницы.
В и к т о р. Что значит "сильное"?
Л и о р. Компрессы не помогают.
В и к т о р. Надо оперировать?
Л и о р. К сожалению.
В и к т о р. Как сердечные дела?
Л и о р. Состояние стабильное… пока.
В и к т о р. Ясно!
Л и о р. Попала в больницу с очередным отеком легких. (Показывает на снимок.) Ее снимок.
В и к т о р (смотрит). Почему раньше не сделали? Не пойму. Чего тянули? Такой порок надо исправлять в детском возрасте. Хотя, ничего удивительного. Надо оперировать.
Л и о р. Куда оперировать! Смотри что делается.

Виктор бросает снимок на стол.

В и к т о р. Натаскал снимков! Кто возвращать будет? Вернусь - чтоб стол был чистым!
Л и о р. Да, командир!
В и к т о р. Хватит!
Л и о р. Что хватит?
В и к т о р. Некстати все это!
Л и о р. О чем ты?
В и к т о р. Девятое Ава, война, спина, жена, девочка.
Л и о р. Готовь задницу!
В и к т о р. Для пальцевого исследования? Я еще не ранен.
Л и о р. Валиум вколю, чтобы девочки не мерещились.
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а. Хирурги?
В и к т о р. Да.
Г о л о с И л а н ы и з с е л е к т о р а. Надо помочь в приемном! Срочно!
В и к т о р (В селектор). Хорошо, Илана! (Лиору.) Дуй! Только недолго. Туда и обратно.

Лиор выходит из комнаты. Входит Ора. Не обращая внимания на Виктора, подходит к столу, что-то ищет в выдвижном ящике. Виктор молча смотрит на нее. На сцене старого театра появляется Виктоша молодая, наблюдает за происходящим.

О р а (Виктору). Что?
В и к т о р. Ничего…
О р а. Не много ли молчим, когда остаемся вдвоем.
В и к т о р. Это не молчание. Пауза.
О р а. Не слишком ли длинная.
В и к т о р. Слушай, не начинай! (Уходит в петербургскую квартиру.)
О р а (Виктору). Только я во всем виновата, верно?! Всегда и во всем!
В и к т о р. Я что-то тебе сказал?
О р а. Но ты так думаешь. Виновата я!
В и к т о р. Хорошо. Но ты первая начала.
О р а. Кто втащил нас в эту…
В и к т о р. Что?
О р а. Мясорубку!
В и к т о ш а м о л о д а я. У мамы была мясорубка. А мяса не достать. Сосиски, и то по блату.
В и к т о р. Не хотел я растить ребенка в стране с пустыми прилавками, пьяными хулиганами на улице и (кричит) враньем, враньем, враньем!
О р а. Куда прибежал? В храм правды? Да здесь… Здесь пока поймут кто ты, да что ты, вывернут наизнанку и ноги о тебя вытрут! Уже забыл? Приехал, хирург со стажем, работать приехал, оперировать. Тебя же не за врача, за студента держали. Экзамен по психиатрии и детским болезням сдавал – диплом подтверждать.
В и к т о р (перебивает, но она продолжает говорить). Ладно тебе. Это было давно.
О р а. Семь месяцев на курсе врачей в Беер Шеве. Днем и ночью за учебниками! Студент-переросток… Страна… Язык… Народ… Прошел экзамен, чтоб он… Не достаточно… Ты не хирург для этих…
В и к т о ш а м о л о д а я. Как это не хирург? Он хирург. Я знаю…
В и к т о р (Виктоше молодой). Чтобы получить звание хирурга с правом самостоятельно оперировать, нужно отпахать шесть лет и пройти два тяжелейших экзамена. Не прошел, ты никто, тень.
О р а. А я? Прошла все экзамены! Все! Пришла работать, медсестры мне: кто ты такая вообще?! Утерлась, молчала, работала, душу отдавала. (Надломленным голосом.) Растила ребенка, хотела, чтобы человеком стал среди всего этого… Где он теперь?! (Возвращается в комнату отдыха.) Ладно, все. Надо идти (растерянно смотрит в ящик стола, закрывает и открывает его, выходит.)

Виктоша молодая смотрит на Виктора и уходит в петербургскую квартиру.

В и к т о р (про себя). Страшно… Время прыгать. Но страшно…

Стук винтов вертолета перерастает в стук колес поезда. Петербург. Электронное табло показывает: 24.06.88 18:10 14ºС.

В и к т о ш а м о л о д а я. Жуть какая-то!.. Даже стекла дрожат. Не страшно жить в такой квартире?
В и к т о р. Страшно.
В и к т о ш а м о л о д а я. Тянет броситься под колеса поезда?..
В и к т о р. Это женская роль.
В и к т о ш а м о л о д а я. И часто они так по мозгам стучат?
В и к т о р. По расписанию Финляндского вокзала.
В и к т о ш а м о л о д а я. В мои края отсюда можно?..
В и к т о р. Не сегодня.
В и к т о ш а м о л о д а я (поеживаясь, отходит от окна). Прохладно в квартире…
В и к т о р. Не топят. Летняя профилактика. Горячая вода есть. У меня - колонка… Как ты?
В и к т о ш а м о л о д а я. Хорошо…
В и к т о р. Cыр с коньяком? Или коньяк с сыром?
В и к т о ш а м о л о д а я. Какая разница?..
В и к т о р. Если сыр с коньяком – наливаем в рюмки.
В и к т о ш а м о л о д а я. А если коньяк с сыром?..
В и к т о р. В стаканы… (Идет в петербургскую квартиру, заглядывает в холодильник.) Сыра нет. Куда наливать?
В и к т о ш а м о л о д а я. В рот из горла…
В и к т о р. Алкоголичка?
В и к т о ш а м о л о д а я. Играла алкоголичку – проститутку…
В и к т о р. Если проститутка – на Московский вокзал.
В и к т о ш а м о л о д а я. Если только алкоголичка? А "это" делаю не ради денег?
В и к т о р. Можно остаться у Финляндского.
В и к т о ш а м о л о д а я. У тебя?..
В и к т о р. Да.
В и к т о ш а м о л о д а я. Сегодня играю алкоголичку. Наливай…

Виктор наливает коньяк. Выпивают.

В и к т о ш а м о л о д а я. Мне бы - в душ. Пахну больницей…
В и к то р (указывает рукой). За занавеской.
В и к т о ш а м о л о д а я. Ванная на кухне?..
В и к т о р. Нет. Кухня в ванной.

Виктоша молодая раздевается, заходит за занавеску. Шум душа. Виктор смотрит на ее силуэт.

В и к т о р. Повязка держится?
В и к т о ш а м о л о д а я. Отвалилась. Рану под душ можно?..
В и к т о р. Нужно. Не волнуйся, доктор рядом.
В и к т о ш а м о л о д а я. "Зовись иначе как-нибудь, Ромео…
В и к т о р. И всю тогда бери меня взамен?"
В и к т о ш а м о л о д а я. Не так быстро, доктор… Шекспир наизусть. Откуда такие познания?..
В и к т о р. Школьный драмкружок.
В и к т о ш а м о л о д а я. Коллеги, значит… Полотенце есть?..
В и к т о р (прячет женский халат, висящий на стуле.) Организуем. Не в больнице.
В и к т о ш а м о л о д а я. Про женский халат не спрашиваю…
В и к т о р (протягивает халат и полотенце). Халат – мужской.
В и к т о ш а м о л о д а я (высовывает руку, принимает халат). Сойдет… (Выходит.) Не мог из больницы закуски свистнуть?..
В и к т о р. Все украли до меня.
В и к т о ш а м о л о д а я. Квартира не холостяцкая, но пустовата… Чем закусывать будем?..
В и к т о р (приближается к Виктоше молодой). Друг другом.
В и к т о ш а м о л о д а я. Набрасывайся, каннибал (сбрасывает халат).

Виктор остается стоять перед Виктошей молодой. Долго смотрит на нее.

Свет усиливается и ослабевает, как от фар проходящего в ночи поезда. Стук колес поезда перерастает в стук винтов вертолета. Израиль. Электронное табло показывает: 03.08.06 14:20 36ºС.

Свет постепенно усиливается. Виктор в комнате отдыха врачей.

В и к т о р (склоняется над селектором). Шушаночка?
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а (с наигранной веселостью). Да, Шушаночка! А кто же?
В и к т о р. Где… мать девочки. Потерялась?

Во время этого разговора входит Виктоша пожилая. Одета без особого вкуса. В руке – старая сумочка. Взгляд тревожный.

В и к т о ш а п о ж и л а я. Я здесь… Здрасте…
В и к т о р (поднимает на нее глаза). Присаживайтесь. (Ищет бланк на столе.)
В и к т о ш а п о ж и л а я (садится). Я – мама…
В и к т о р. Знаю....Секунду, пожалуйста… (Заполняет бланк.)

Виктоша молодая появляется на сцене старого театра. Садится верхом на деревянную лошадку, раскачивается.

В и к т о ш а м о л о д а я (Виктору). Что с тобой? Глаза прячешь?..
В и к т о р. Заполняю бланк.
В и к т о ш а м о л о д а я. Не веришь, что это я?.. Сама не верю… "Страшно…"
В и к т о р. "Страшно, страшно…"
В и к т о ш а п о ж и л а я. Простите, Вы что-то сказали?..
В и к т о р. Нет-нет. Вам показалось.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Простите…
В и к т о ш а м о л о д а я (Виктору). Не молчи, скажи что-нибудь…
В и к т о р. Не видишь, заполняю бланк.
В и к т о ш а м о л о д а я (Виктору). Смелее! Давай! Ну!..
В и к т о р. У вашей дочери – сильное воспаление вены… Придется делать операцию… резецировать вену… и все…
В и к т о ш а п о ж и л а я. Простите?..
В и к т о р. Да…
В и к т о ш а п о ж и л а я. Вену?.. Говорили, порок сердца, нужно оперировать.
В и к т о р. Сначала вену.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Что вену?
В и к т о р. Удалить.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Когда?..
В и к то р (старается не встретиться с ней взглядом). Как только будет стол.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Какой стол?
В и к т о р. Операционный.
В и к т о ш а п о ж и л а я. У вас нет столов?..
В и к т о ш а м о л о д а я. Как в ресторане…
В и к т о р. Освободится – прооперируем.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Когда освободится?
В и к т о р. Не знаю. (Подает документ Виктоше молодой, спохватывается, отдает Виктоше пожилой, не глядя на нее). Подпишите здесь. Как только будет место, возьмем на стол.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Что это?
В и к т о р. Согласие на операцию.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Я и так согласна.
В и к т о р. Прочтите и распишитесь.
В и к т о ш а м о л о д а я. Что ты подсунул? Не прочесть ей на иврите…
В и к т о р (Виктоше пожилой). Извините… Переведу.
В и к т о ш а п о ж и л а я (смотрит в документ и поднимает глаза на Виктора). Я верю.
В и к т о ш а м о л о д а я (Виктору). Так постарела, что не узнаешь меня?..
В и к т о р (указывает авторучкой на край документа). Здесь, пожалуйста.
Г о л о с п о т р а н с л я ц и и о п е р а ц и о н н о г о б л о к а. Санитар – в первую операционную.
В и к т о ш а п о ж и л а я (надевает очки, смотрит в бланк). Здесь?
В и к т о р. Можно по-русски.
В и к т о ш а м о л о д а я (Виктору). Хватит бланком прикрываться...

Виктоша пожилая расписывается и кладет авторучку на документ.

В и к т о ш а п о ж и л а я. Вот мой автограф… Свой увидеть не хотите?
В и к т о р. Где?
В и к т о ш а м о л о д а я. На моем теле (Показывает на низ живота справа.) Вот здесь… (Сбрасывает одежду, стоит голая.)
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Хирурги?
В и к т о р (подходит к селектору, нажимает кнопку, отвечает хриплым голосом). Да, Наташа!
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Виктор, катетер не входит. Подскочи, воткни.
В и к т о р. Натяни пипиську немножко, катетер и войдет. Только не оторви.
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Не впервые. Говорю, не идет, значит, не идет!
В и к т о р (с раздражением). Думаешь, у меня лучше получится?! Зови урологов.
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Двое оперируют, третий – в приемном.
В и к т о р. Отлично.
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Идешь или как?
В и к т о р (доверительно). Наташ, пусть Вайс закончит. Я – потом.
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Хорошо. Лиор зашел. Все... Вик, что с тобой?
В и к т о р (в селектор). Не сейчас.
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Болит?
В и к т о р (в селектор). Что болит?
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Спина твоя?
В и к т о р (в селектор). Больше нечем заняться тебе?
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Пошел в жопу! (Вайсу в операционной). Что вылупился?! Не тебе!.. Волнуешься за них… Больно надо! Не мужики, одни диагнозы! Давление высокое, да не там где надо! Потеют хорошо, а толку мало! (Виктору.) Захочешь работать, приходи.
В и к т о р (Виктоше пожилой). Извините… (смотрит на Виктошу молодую, та идет в петербургскую квартиру, заходит за занавеску душа. Виктор подходит к занавеске.) Болит?

Шум винтов вертолета переходит в стук колес приближающегося поезда. Петербург. Электронное табло показывает 24.06.88 22:20 14ºС.

Виктоша молодая, закутанная в полотенце, выходит из душа. Виктор в расстегнутой рубашке. Виктоша пожилая на сцене старого театра раскачивается на деревянной лошадке.

В и к т о р. Болит?
В и к т о ш а м о л о д а я. Боль пройдет. Не беспокойся. Думала, присоединишься ко мне в душе… Ты спал. Звякнула подруге по межгороду. Не сердишься?
В и к т о р. Я не спал (пауза.)
В и к т о ш а м о л о д а я. Это все, доктор?
В и к т о р (тихо). Это… все!
В и к т о ш а м о л о д а я. Сел не в свой поезд?..
В и к т о р. Я провожу тебя.
В и к т о ш а м о л о д а я. Время расставаться? Так надежнее?..
В и к т о р. Возможно.
В и к т о ш а м о л о д а я. Для меня? Для тебя?..
В и к т о р. Для нас обоих.
В и к т о ш а п о ж и л а я (раскачиваясь на деревянной лошадке). Уже не остановиться. Даже стопкран не поможет.
В и к т о р. Пусть мир остается черно-белым…
В и к т о ш а п о ж и л а я. Как раскрасишь, так и будет.
В и к т о р. Будильник, душ, автобус, истории болезни, операции, операции, операции.
В и к т о ш а м о л о д а я (Виктоша пожилая вторит, как эхо). Как раскрасишь, так и будет. Будильник, душ, чай, автобус… Сцена, ноги болят, ни черта не получается… тексты, тексты, тексты... (берет гитару, начинает играть.)
В и к т о р. Бежать надо, бежать, бежать, бежать.
В и к т о ш а м о л о д а я. А большего нам не положено?..
В и к т о р. Кем?
В и к т о ш а м о л о д а я. Не важно. Неправильно это…
В и к т о р. Правильно.
В и к т о ш а м о л о д а я. Правильно, что неправильно?..
В и к т о р. Неправильно, что правильно.
В и к т о ш а м о л о д а я. Где моя одежда?
В и к т о р. На кресле.

Виктоша молодая подходит к креслу, одевается. Виктор разливает коньяк в три рюмки.

В и к т о р. С такой фигурой не в театр, в балет…
В и к т о ш а м о л о д а я. Я ноги не задирала, только разводила. Теперь плясать прикажете?..
В и к т о р. Лучше спой.
В и к т о ш а м о л о д а я (указывает на рюмки). Третья кому?..

Виктор и Виктоша молодая смотрят на Виктошу пожилую. Виктоша молодая берет гитару, играет.

В и к т о р. Правда, кому это я? Машинально - Б-г троицу любит (Выпивают.) Запевай!
В и к т о ш а м о л о д а я. Под стук колес?..
В и к т о р. Следующий – на Выборг через пятнадцать минут.
В и к т о ш а м о л о д а я. Выучил наизусть? Билеты тоже продаешь?..
В и к т о р. Можно сказать и так. Иногда – сразу на конечную остановку.

Виктоша молодая прекращает звучание струн ладонью.

В и к т о ш а мо л о д а я (объявляя, как на эстраде). Романс: "Грустить не стану". (Играет на гитаре и поет. К ней присоединяется Виктоша пожилая.)

Дороги разошлись, и мы чужими стали.
Забыто все и не вернется вновь.
Сердцами нашими мы только лишь играли,
И вот, как дым, развеялась любовь.

Ну что ж, прощай, грустить не стану –
Мне боли сердца нипочем.
Поверь, года залечат рану,
И жизнь опять забьет ключом.

Смотрю на твой портрет и вижу взгляд надменный,
В глазах читаю ложь, один обман.
И вот даю тебе ответ я откровенный:
Мной позабыт прочитанный роман.

Ну что ж, прощай, грустить не стану –
Мне боли сердца нипочем.
Поверь, года залечат рану,
И жизнь опять забьет ключом.

В и к т о р. Смешно. Откуда это?
В и к т о ш а м о л о д а я. Я – в клубе бардовской песни. Есть у нас один, собирает романсы и пародии…
В и к т о р. Как отличить настоящее от пародии?
В и к т о ш а м о л о д а я. То, что с нами - настоящее или пародия?
В и к т о р. Посмотри в окно.
В и к т о ш а м о л о д а я (подходит к краю сцены, смотрит в зрительный зал.) Чудо! В полночь светло, как днем…
В и к т о р. Пародия. Ночь – белая! Ночь это тьма, фонари, вызов, корыстным законам дня… Пытка… Белая ночь – аномалия!
В и к т о ш а м о л о д а я. Артисты похожи на белую ночь… Мы аномальны… Внутри комплексы, страхи, мании - настоящие. Снаружи – грим с улыбкой на "тридцать два" - туфта… Театр – аномалия… (Пауза.)
В и к т о р. Жизнь аномальна!
В и к т о ш а м о л о д а я.. Это диагноз или подозрение?..
В и к т о ш а п о ж и л а я. Диагноз, но не окончательный.
В и к т о р. Окончательный - только после вскрытия.
В и к т о ш а м о л о д а я. Как ты спишь в белые ночи?..
В и к т о р. Плохо. Смотрю - не вижу, вижу - не смотрю. Глаза повязкой закрываю – не спится.
В и к т о ш а м о л о д а я. Я в белые ночи вижу ясно и далеко. Спать не хочется, усталости нет. Привыкла. Но Город этот - не впускает меня… Дважды срезалась на последнем туре в театральный. Уехала в провинцию. Закончила там… А как хотела учиться и работать в Питере… Многие сюда рвутся. Помоталась. Застряла на Севере. Дали квартиру. Маму к себе взяла… (Разворачивается, идет к дивану, садится, читает.)

А девушки, меж тем, бегут,
пересекая свет и тьму.
Зачем бегут? Куда? К кому?
Им плохо тут? Не плохо тут.
На них бредущие в обиде.
Завидуют уставшие.
"Бегите, девушки, бегите!" -
кричат им сестры старшие…
Бегите же, пока бежится.
А не снесете головы -
хотя бы память сохранится,
как весело бежали вы…

В и к т о р. Что это?
В и к т о ш а м о л о д а я. Так. Из одного спектакля… (наливает себе еще рюмку коньяка, собирается налить Виктору.) Выпьешь?
В и к т о р. Нет. Спасибо. Почему на Севере?
В и к т о ш а м о л о д а я (выпивает.) Тоже – белые ночи… В театре много питерских. На гастролях в Питере они - дома, я – в гостях. Опять надо возвращаться. Хорошо, аппендицит мой здесь останется…
В и к т о р. Сожгли на заднем дворе.
В и к т о ш а м о л о д а я. Что?..
В и к т о р. Удаленные органы несут в кочегарку и там сжигают.
В и к т о ш а м о л о д а я. Лучше бы на костре – романтично: Джордано Бруно, Жанна Д'Арк, аутодафе!..
В и к т о р. Аутодафе – на латыни – самосожжение… Но евреев на Пласа Майор в Мадриде сжигали не по их воле. (Пауза.) Священник предлагал отречься от иудаизма. Отрекся – жив. Нет – в огонь… (Усмехнувшись.) Сегодня торжество интернационализма. В кочегарке больницы сжигают органы лиц любой национальности.
В и к т о ш а п о ж и л а я (раскачиваясь). Видишь, куда аппендицит может завести.
В и к т о р. На костер инквизиции.
В и к т о ш а м о л о д а я. Или в постель к хирургу… в белую ночь… В Испании нет белых ночей. В темноте костры горят ярче…
В и к т о р (с улыбкой). Для тебя ночь – не время суток, а пространство, где разыгрывается спектакль.
В и к т о ш а м о л о д а я. А для тебя "время" - стоять в операционной под светом лампы. Вот и пойми, где время, где пространство и какая между ними разница…
В и к т о р. Накрутила. Фантазируешь. (Пауза.) А пламя костра что для тебя?
В и к т о ш а м о л о д а я. Костер в душе – это аутодафе на сцене…
В и к т о р (с улыбкой). Круто! Плата за веру?
В и к т о ш а м о л о д а я (по слогам). О-бя-за-тель-но!

Если я гореть не буду,
Если ты гореть не будешь,
Если мы гореть не будем,
Кто ж тогда рассеет тьму?!

В и к т о р. Патетика. У нас тьму кочегары рассеивают.
В и к т о ш а м о л о д а я. Не в кочегарку, в театр пойди.
В и к т о р. Смотреть нечего.
В и к т о ш а м о л о д а я. На себя посмотришь нашими глазами. А мы на себя – твоими. Если мастер по свету не пьяный, будет сон в белую ночь…
В и к т о р. При свете дня ложь заметнее.
В и к т о ш а м о л о д а я. Артисты – люди ночные. Рабы мечты…
В и к т о р. Время просыпаться.
В и к т о ш а п о ж и л а я (раскачиваясь). Разве мы спим?
В и к т о р. Мистика какая-то с тобой.
В и к т о ш а п о ж и л а я. А без меня?
В и к т о р. Не знаю. В хирургии проще. Сомневаешься? Открой живот - вот тебе и диагноз.
В и к т о ш а м о л о д а я. Для тебя диагноз. А человеку живот разрезали, потом зашили. Сиди и жди, пока зарастет…
В и к т о р (читает).

Не жду газет, не верю в Бога.
Работа, нелады и с ней.
Зато тебя так стало много.
Как много было жизни всей.

В и к т о ш а м о л о д а я. Впечатлил… Глубоко…
В и к т о р. Больно?
В и к т о ш а м о л о д а я (с улыбкой). Зато тебя так стало много…
В и к т о р. Вы мне льстите.
В и к т о ш а м о л о д а я. Сам впечатлился?
В и к т о р. Нет слов.
В и к т о ш а м о л о д а я. Учишь чужие?..
В и к т о р. Врачебная память.
В и к т о ш а м о л о д а я. Завидую. Расписание поездов - наизусть, стихи тоже. По городу можешь водить с закрытыми глазами?..
В и к т о р. Легко!
В и к т о ш а м о л о д а я. Покажешь: Медный всадник, Казанский собор, Эрмитаж?..
В и к т о р. Это сцена. Мы пойдем за кулисы.
В и к т о ш а м о л о д а я. Готова, хоть сейчас!..
В и к т о р. Ночь на дворе.
В и к т о ш а п о ж и л а я (раскачиваясь). Не ночь, бесконечный день.

Слышен стук колес поезда.

В и к т о ш а м о л о д а я. Жуть, не могу привыкнуть к этому стуку! На Выборг?..
В и к т о р. Да.
В и к т о ш а м о л о д а я. Все куда-то едут или собираются. Сегодня даже билеты на выбор: Америка, Канада, Австралия, Германия, Новая Зеландия и даже Финляндия с твоего вокзала. Кто-то по дурости в Израиль попадает. Девки, кто помоложе, всех евреев разобрали, замуж повыходили, вещи пакуют. В нашем холоде дефицит евреев. Жаль, многоженство запрещено. Ты, часом, не еврей?..
В и к т о р. Хочешь уехать?
В и к т о ш а м о л о д а я. Не поэтому спросила… Бегут все куда-то (берет гитару, начинает играть и напевает мелодию романса "Грустить не стану".)
В и к т о р. Правильно, что бегут. Все рушится, никаких надежд! Покажи аккорд.
В и к т о ш а м о л о д а я. Надежды разрушить нельзя. Они внутри нас. От места и времени не зависят… Какой аккорд?..
В и к т о р (пытается показать пальцами). Этот.
В и к т о ш а м о л о д а я. Доктор не только молодых пациенток держит в руках, но и гитару?..
В и к т о р. Самоучка. Три аккорда. Мастер-класс - в подворотне.
В и к т о ш а м о л о д а я. Иди сюда… (Поставленным голосом.) Прижмите тело гитары в своей груди. (Направляет его руки.) Кисть свободна. Спина прямая. Играть не щипком, а перебором…

Виктор и Виктоша молодая целуются.

В и к т о ш а п о ж и л а я (останавливает лошадку). Осторожно! Гитару раздавишь! Сумасшедшие! (Идет в петербургскую квартиру, выпивает коньяк из третьей рюмки, возвращается в комнату отдыха.)

Стук колес поезда превращается в шум винтов вертолета. Израиль.
. Электронное табло показывает: 03.08.06 16:22 36ºС

Виктор и Виктоша пожилая в комнате отдыха. Виктоша молодая на сцене театра берет в руки воздушный змей, пытается запустить.

В и к т о р. Как ты... вы здесь оказались?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Не рассказала тогда… Мама была еврейкой. Взяла ее фамилию…
В и к т о р. Давно в стране?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Три месяца…

Раздается сигнал селектора.

В и к т о р (нажимает кнопку и отвечает раздраженно). Да.
Г о л о с Л и о р а и з с е л е к т о р а. Вик, катетер, зараза, не идет!
В и к т о р. Возьми потоньше! Я тебя учить должен?! Что с наркозом?
Г о л о с Л и о р а и з с е л е к т о р а. Тыркаются. До разреза есть время. Бай!
В и к т о р (Виктоше пожилой). Знала, что я здесь?
В и к т о ш а п о ж и л а я (после небольшой паузы). Мы в Питер на фестиваль приехали… Зашла в твою больницу. Сказали – уехал… Дезертировал (Пауза.) "Мы попали в запендю"…
В и к т о р. Смешно! Лучше не скажешь.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Сколько дочь не отговаривала, в театральный поступила. В Питере простуды, болезни начались, одышка. Нашли порок сердца. Специалистов обошли… Так и не поняли: оперировать – не оперировать… Сосед, инвалид войны, забыл про склероз, медали начистил, к дочке за границу собрался. "Куда? – спрашиваю, - "Вы же русский?" – "Мы все не без изъянов!" – отвечает: "И вы подтягивайтесь. Места хватит".
В и к т о ш а м о л о д а я (со змеем в руках). Ветра нет. Подтягивай, не подтягивай, не взлетит…
В и к т о р. (Виктоше молодой). Молчи! Ты здесь чужая!
В и к т о ш а м о л о д а я (с улыбкой). Зато свободная, не то, что змей на веревочке. Могу и без ветра летать.
В и к т о р (Виктоше пожилой). Как с работой?
В и к т о ш а п о ж и л а я (смотрит в сторону). С голоду не умираем.
В и к т о р. В театр пробовала?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Если в театр военных действий - попала… без конкурса.
В и к т о р (смотрит на адрес в истории болезни). Как вас на юг занесло?..
В и к т о ш а п о ж и л а я. Помнишь: "Не гонялся бы ты, поп, за дешевизной!"
В и к т о р. С попами и Пушкиным на южном фронте - напряженка, впрочем, как и с дешевизной.
В и к т о ш а м о л о д а я. Нам в школе географию Израиля не преподавали… Здесь так запросто змея не запустишь…
В и к т о ш а п о ж и л а я. Дочка ветерана квартиру нам сняла.
В и к т о р. А как ветеран? Держит фронт?
Г о л о с п о т р а н с л я ц и и о п е р а ц и о н н о г о б л о к а. Рентгенотехник – в послеоперационную палату.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Еще как! Встретила недавно в самоходной коляске. Поправился, загорел. Ракеты - на голову каждый день. А он под юбки заглядывает.

Пауза.

В и к т о ш а п о ж и л а я. Ты здесь с женой и сыном?
В и к т о р. Да.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Есть еще дети? Сабры, так это здесь называется?
В и к т о ш а м о л о д а я. Браво! Это уже ульпан второй ступени.
В и к т о р. Наоборот.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Что значит, наоборот?
В и к т о ш а м о л о д а я. Не может он без загадок!..
В и к т о р. Сын погиб. Нашего мальчика в Газе снайперский прицел нашел.

Пауза.

В и к т о ш а п о ж и л а я (с трудом сдерживая слезы). Прости. Не знала.
В и к т о р. Хотел быть солдатом… Стал.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Прости. Прости.
Г о л о п о т р а н с л я ц и и о п е р а ц и о н н о г о б л о к а. Две порции крови срочно во вторую операционную.
В и к т о р. Опаздывал в часть... Торопился… Подбросил его на вокзал. Забыл бутылку с водой в машине. Побежал к поезду. Кричал ему, чтобы подождал. Он обернулся, помахал рукой, улыбнулся, кивнул и побежал дальше. (Пауза.) Все. С тех пор во сне выхожу из машины, бегу к нему, обнимаю, хлопаю по спине, даю бутылку с водой (Пауза.)
В и к т о ш а п о ж и л а я. Ни разу его не видела. По телефону с ним говорила. Для меня он жив. Остался ребенком, который вырос, повзрослел, стал солдатом, улыбнулся и забыл бутылку с водой.

Пауза.

В и к т о р. Как твоя дочь осваивается?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Скоро восемнадцать... Спит плохо. Бегать не может. Дома с книжками. Монологи учит. (Сдерживая слезы.) В театральный готовится… Опять.
В и к т о р. А ты?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Бегать могу. Только не знаю, куда и зачем… Запуталась.
В и к т о р. Возьми себя в руки. Нельзя раскисать сейчас. (Пауза.)
В и к т о ш а м о л о д а я (надевает красный клоунский нос). Что бабе делать? В патриотки податься? На панель поздно уже…
В и к т о р (Виктоше молодой). Хватит! Помолчи!
В и к т о ш а м о л о д а я. "Помолчи", своей жене говори! Пауза здесь не предусмотрена… Впрочем, музыкальная пауза!..

Берет гитару, начинает наигрывать и напевать "Вагончик" из "Иронии судьбы", сопровождая всю дальнейшую сцену.

В и к т о ш а п о ж и л а я. Двадцать лет – как один день.
В и к т о р. Мы не выходили из дома три дня.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Выходили. Ты забыл. Показал мне свой Питер.
В и к т о р. Без грима.
В и к т о ш а м о л о д а я (поет).

Слышишь Ленинград,
Я тебе спою
Задушевную песню свою…
(Продолжает напевать этот мотив без слов).

В и к т о ш а п о ж и л а я. Поняла: прощаешься, вырываешь город из себя…
В и к т о р. Было стыдно за все.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Глаза прятал, будто сам виноват, что восемь в одной палате, трое лежачих. Облезлые стены, треснувшая раковина с черным обмылком, один душ на всех… не работал… Окно заклеено белым пластырем.
В и к т о ш а м о л о д а я. Чушь! (Бьет по струнам, замолкает.) Питер, Каменный остров, парк с пахучей зеленью, белые ночи. Оставить все это! Ради этого?.. (Указывает на пространство вокруг.)
В и к т о ш а п о ж и л а я. Теперь я сама здесь. Дезертировала. Странно.
В и к т о р. Главврач спросил тогда, почему уезжаю. Ответил: не могу лечить в таких условиях. "Глупости,– говорит, - лечить надо в любых условиях, даже в полевых"… Нельзя бросать пациентов. Но почему в мирное время как на войне?.. Теперь я могу смотреть пациенту, в глаза, а не в руку с конвертом…
В и к т о ш а м о л о д а я. Ага! Сейчас!..
В и к т о р. Бывает. Но это исключение, не правило.
В и к т о ш а м о л о д а я (объявляет как шпрехталмейстер в цирке). "Патетическая соната для конверта с деньгами". Дамы и господа. Смертельный номер: сладкая агитация за горькую иммиграцию. Нервных просят покинуть зал. Внимание, скальпель! Сейчас здесь на ваших глазах будут резать правду-матку! В стране рыночного сионизма нестыдно за работу и себя. Врачи назначают все, что нужно, невзирая на возраст и стоимость! И это не пустые слова. Больничная касса оплатит и стерпит все. Даже в Америке такого нет!.. Не вздумайте говорить за это спасибо. Качайте права вместо нефти. Гребите под себя! Забудьте, что лежали в коридорах больниц СССР! Проситесь в наши коридоры! Не пожалеете! Наши коридоры лучше, чище, шире, отменно пахнут! Одно слово, "люкс"! И не вздумайте совать конверты врачам. Они такого не прощают!.. А сейчас под ваши бурные аплодисменты, на арене главный клоун медицинского центра, он же беглый хирург-дизертир, севший не в свой поезд, соблазнитель пациенток, страдалец и правдолюб! Встречайте! (Напевает туш.)
В и к т о р (поднимается на сцену, смотрит на Виктошу молодую, снимает с нее клоунский нос, надевает на себя). Шутка не удалась.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Ты побледнел… Не сердись. (Пауза.) Поняла, здесь - чудеса в решете.
В и к т о р. Мы уже через решето просеялись.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Война странная здесь… На Юге обстреливают, на Севере - бомбят, а в Тель-Авиве…
В и к т о р. Люди в кафе сидят, как ни в чем не бывало.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Как это?
В и к т о ш а м о л о д а я (надевает на себя другой клоунский нос). В Тель-Авив еще ракеты не долетели …
В и к т о ш а п о ж и л а я. Тревожно, напряженно, опасно. Здесь так любят слово безопасность.
В и к т о ш а м о л о д а я (нараспев). О-пасность на о-пасности едет, о-пасностью по-гоняет. Безо-пасность!..
В и к т о р. (с улыбкой). Безопасность – понятие растяжимое… Страна… А мы ведь и не страна.
В и к т о р и я м о л о д а я (с усмешкой). Приехали!.. Ну, ну…
В и к т о ш а п о ж и л а я. Куда же мы приехали?
В и к т о р. Это военный лагерь. Партизанская республика в тылу врага, как в Белоруссии.
В и к т о ш а м о л о д а я. Сравнил!..
В и к т о р (печально). Конституции нет, законы принимает и отменяет Кнессет. Границ тоже нет. Граница с Сирией – не граница, а линия прекращения огня. То же с Ливаном. С Палестинской автономией вообще ничего не ясно. Единственная стабильная граница – двенадцать миль территориальных вод. Но успехам нашей партизанской республики позавидует любая страна.
В и к т о ш а м о л о д а я (аплодирует). Браво!..
В и к т о р. Может, поэтому называемся государством. Знаешь, как нас еще называют? Штрафбат демократического мира на Ближнем Востоке. Личная безопасность в нашем партизанском лагере – на высоте.
В и к т о ш а м о л о д а я (аплодирует). Опять, браво! Хорошо, что приехали!..
В и к т о ш а п о ж и л а я. Безопасность? Личная?
В и к т о ш а м о л о д а я. Видишь, тоже это слово полюбила. Что значит реклама! (Сбегает со сцены старого театра, подходит к Виктоше пожилой.) Пуля-дура, ей все одно, премьер-министр или репатриант…Правда, на улице не отбирают кошельки. Сами все отдаете в налоги!.. В поезде не кладут снотворное в чай, чтобы обокрасть. Здесь это не проходит. Спальных вагонов нет. Дети гуляют всю ночь - считается нормой.
В и к т о р. Жарища. Днем не погуляешь!..
В и к т о ш а м о л о д а я (возвращается на сцену.) Ну? Все еще доказываешь себе, что распорядился жизнью правильно?! (Пауза.)
В и к т о р (снимает клоунский нос, спускается со сцены старого театра, подходит к Виктоше пожилой). Почему убежала… тогда?
В и к т о ш а м о л о д а я. Минуточку!.. (Бежит в комнату отдыха, надевает клоунский нос Виктоше пожилой). Можно…
В и к т о ш а п о ж и л а я. Почему не догонял?
В и к т о р. А надо было?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Мама оказалась в больнице…
В и к т о р (перебивает). У тебя кто-то был?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Мы не могли оставаться вместе.
В и к т о р. Не хотела мешать отъезду?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Пусть будет так.
В и к т о ш а м о л о д а я. "Кто-то" решил свести нас здесь…
В и к т о р (задумчиво). "Кто-то".
В и к т о ш а м о л о д а я. Пока этот "кто-то" стоит за кулисами – надо играть…
В и к т о р (улыбается). У твоей гитары заржавели колки. Настроить трудно.
В и к т о ш а п о ж и л а я (радостно). Привез!
В и к т о р. Бренчу иногда.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Как я учила?
В и к т о р. Плохой ученик. Нельзя мне: от струн пальцы чувствительность теряют.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Я тоже плохая ученица. Теряю чувствительность от прикосновения к жизни…
В и к т о р. Жизни вообще или жизни здесь?
В и к т о ш а м о л о д а я. Места разные. Жизнь одна…
В и к т о ш а п о ж и л а я. Я не живу здесь. Проживаю по адресу… Как жарко здесь.
В и к т о р. Не Питер.
В и к т о ш а м о л о д а я. Правда, душегубка. С меня хватит. (Снимает клоунский нос с Виктоши пожилой, возвращается на сцену старого театра).
В и к т о р (Виктоше пожилой). Замужем?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Нет.
В и к т о р. Случайно… не моя дочь?
В и к т о ш а м о л о д а я (со сцены). Хотел бы?..
Виктор молчит.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Считай, что твоя.

Пауза.

В и к т о р. Как это "считай"?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Как хочешь, так и считай…
В и к т о ш а м о л о д а я. Открывается конкурс на роль многодетного отца… У тебя есть шанс…(сбегает со сцены старого театра, берет Виктора за руку, тащит обратно на сцену.) Будем пробоваться…
В и к т о р (несильно сопротивляясь). После спектакля из роли выходить надо.
В и к т о ш а м о л о д а я. Еще не понял?.. Жизнь - плохой театр!..
В и к т о р. Это актеры плохие.
В и к т о ш а м о л о д а я. Актеры хорошие, не свои роли играют… Справишься.
В и к т о р. Прошел на роль многодетного отца?
В и к т о ш а М о л о д а я. Я не режиссер. Но протекцию устрою (надевает на Виктора рыжий клоунский парик.) Годится…
В и к т о р. Не знаю, что делать с этой ролью. Через несколько часов…(показывает повестку) у меня другая.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Что это?
В и к т о р. Повестка - срочно прибыть в часть.

Пауза.

В и к т о ш а п о ж и л а я. Значит, уходишь?
В и к т о р. Ухожу.

Пауза.

В и к т о ш а п о ж и л а я. Дочку нужно… оперировать… Я боюсь.
В и к т о р. Операция небольшая, но под наркозом.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Не опасно для сердца?
В и к т о р. Наркоз легкий – не проблема.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Когда?
В и к т о р. Сегодня вечером или завтра.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Тебя не будет?..
В и к т о р. Прооперирует другой.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Не ты?
В и к т о р. Нельзя оперировать близкого человека, тем более, "дочь"!
В и к т о ш а м о л о д а я. Не понимаю…
В и к т о р (Виктоше молодой). Говорят, женщина всегда знает, от кого беременна. (Виктоше пожилой.) Правда?

Пауза.

В и к т о ш а п о ж и л а я. Приехала домой. Хотела тебя забыть… В тот же вечер… вернулась к нему...
В и к т о р. Кто он? Впрочем, какая разница. Понимаю.
В и к т о ш а м о л о д а я. Почему нельзя оперировать родственника?..
В и к т о р. Хирург не властен над эмоциями, оперируя близкого. Кроме того, плохая примета.

Сигнал селектора.

Г о л о с Л и о р а и з с е л е к т о р а. Вик, селектор бы выключил… Весь блок слушает.



В и к т о р (спешно нажимает кнопку – выключает селектор). Черт! Не выключил!.. (Пауза.) Виктоша, иди к девочке.
В и к т о ш а м о л о д а я. Еще увидимся?..
В и к т о р. Увидимся.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Кто будет оперировать?
В и к т о р. Лиор. Он точно не отец.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Что с операцией на сердце?
В и к т о р. Нужно подождать. Видишь, что делается?
В и к т о ш а м о л о д а я. В этой стране всегда что-то делается!..
В и к т о ш а п о ж и л а я. Не могу больше ждать! Не могу!
В и к т о р. Операция на сердце – не аппендицит. Половина врачей - на войне. Реанимация забита. Не хватает крови!
В и к т о ш а п о ж и л а я. Отдам свою!
В и к т о р. Перестань!
В и к т о ш а п о ж и л а я. Сколько ждать?
В и к т о р. Вернусь - решим. Обещаю.

Пауза.

В и к т о ш а п о ж и л а я. Что с веной на руке?
В и к т о р. Я же сказал! Завтра.
В и к т о ш а п о ж и л а я (Виктоше пожилой). Завтра…
В и к т о ш а м о л о д а я. "Завтра" нет. Есть только "сегодня". Шут гороховый!.. (Срывает с Виктора парик.)

Виктоша пожилая обессилено садится на стул, остается в комнате отдыха. Виктоша молодая стремительно идет в комнату Виктора, начинает что-то искать вокруг.

Стук винтов вертолета, переходящий в стук колес поезда. Петербург. Электронное табло показывает: 25.06.88 10:15 18ºС.

В петербургской комнате появляется Виктор, берет гитару. Виктоша пожилая, наблюдает за происходящим. Из коробки с детскими игрушками достает воздушные шарики, медленно надувает, украшает ими сцену.

В и к т о ш а м о л о д а я (резко). Где рюкзак?..
В и к т о р. Под столом.

Виктоша молодая достает рюкзак, завязывает шнур. Виктор продолжает играть на гитаре. Виктоша пожилая смотрит на них.

В и к т о ш а м о л о д а я. Аккорд сложный. Не возьмешь! Гитару приручить надо. Она живая! Души требует. А ты щиплешь ее холодными пальцами!..
В и к т о р. Завелась?
В и к т о ш а м о л о д а я. Ничуть… Ночь прошла. День вступил в свои права. (Берет гитару из рук Виктора.) Сколько раз твердила себе – купить чехол. Мерзнет вместе со мной…
В и к т о р. Приготовить ей чаю?
В и к т о ш а м о л о д а я (внезапно улыбнувшись). Из твоей экскурсии – театр на Каменном – самый… Слушай, а он не сгорит?..
В и к т о р. Здесь не Испания. Костры не жгут. Дожди каждый день. Увидимся еще?
В и к т о ш а м о л о д а я. Как быстрее до вокзала?..
В и к т о р. Я провожу…
В и к т о ш а м о л о д а я. Не стоит…
В и к т о р. Помогу достать билет.
В и к т о ш а м о л о д а я. Что сразу не достал? Транзит в квартире устроил!..
В и к т о р. Послушай!
В и к т о ш а м о л о д а я (запрокидывает рюкзак на плечо). Меня любой проводник возьмет…
В и к т о р. Не сомневаюсь.
В и к т о ш а м о л о д а я. Не трудись! (С наигранным весельем.) Слушай, на следующей неделе будет еще один провинциальный театр. Там - моя однокурсница. Приютишь?..
В и к т о р (неохотно поддерживая игру). Красивая?
В и к т о ш а м о л о д а я. Вместе в "Двенадцатой ночи" играли - сестер-близнецов… Кстати, тоже Вика. У всех перестройка, а тебе даже перестраиваться не придется. Гитару мою передай ей. Расстроилась совсем - настроит… (Возвращает гитару.) Только не раздави…
В и к т о р. Гитару или подругу?
В и к т о ш а м о л о д а я. Голос у нее классный. Только стихов читать не проси… Это мое…
В и к т о р. Что значит "твое"?
В и к т о ш а м о л о д а я. Кто-то берет губной помадой, кто-то - стихами… (Разводит руками.) Оперировать ее совсем не обязательно. Она и так согласится…

Звонит телефон.

В и к т о ш а м о л о д а я (хватает трубку). Алло! Вика?.. Ты? Слушай, есть, где остановиться в Питере… Дура, молчи и слушай!.. Молчи, тебе говорю! Он замечательный, интеллигентный, красивый, квартира у Финляндского… Не перебивай! Ты в него сразу влюбишься. Гитару тебе оставляю, подмокла немного, настроишь. Пой хоть до утра. Но стихов, чур, не читать, подруга. Я уже прочитала… Да, живот ему не показывай – без "аппендицита" можешь остаться!.. А остальное? Остальное можно. Тебе есть, что показать, я знаю. Кстати, и ему тоже, Питер, например. Ты слушаешь?.. Слушай, слушай!.. Душ старый, но вода горячая всегда – колонка у него!.. И не будь дурой, сумеешь залететь, он у тебя в кармане вместе с квартирой, душем и колонкой… Да не бросай ты трубку!.. Бросила. (Кладет телефонную трубку.) Вот, дура! Я ей жизнь устраиваю - слушать не хочет. (Пауза.) Что ты стоишь, как памятник?! (Показывает большой палец.) Девчонка – класс! Надо перезвонить ей. Может, она в обмороке от счастья. Где-то телефон ее…

Вновь звонит телефон.

В и к т о ш а м о л о д а я (берет трубку). Вика?.. Сейчас. (Протягивает телефонную трубку Виктору.) Прыткая какая, уже тебя просит…
В и к т о р (берет телефонную трубку). Кстати, мою жену зовут Вика. (Отвечает в телефонную трубку.) Да.
В и к т о ш а м о л о д а я (передразнивает Виктора, скривив лицо). А говорил, упрекну-у-уть некому… А ну, посмотрим! (Вырывает телефонную трубку.) Виктория, Вы не волнуйтесь. С ним все в порядке, он даже одет… Даю, конечно, сейчас даю… Нет, не медсестра и не секретарша. Стихи читаю, хорошие стихи… Ну что Вы? Это новая услуга: "Спокойной ночи, мужики"… Нет. Не то, что вы думаете… Актриса по вызову – мужчинам перед сном стихи… Настоящее искусство у нас востребовано. Вашему мужу оно небезразлично… Ну, все. Сейчас у нас антракт, вы можете поговорить…
В и к т о р (берет трубку). Да… Извини, сейчас не могу. Перезвоню.
В и к т о ш а м о л о д а я. Нет, нет, нет! Что значит "перезвоню"?! (Вырывает трубку, кричит в нее). У нас - еще второй акт. Если силы останутся - третий. В некоторых пьесах четвертый и пятый могут быть. Так что говорите. Сейчас говорите! Потом может быть поздно…
В и к т о р (вырывает телефонную трубку из руки Виктоши молодой. Говорит в трубку). Вика, прошу тебя, не сейчас!
В и к т о ш а м о л о д а я (кричит в трубку). Нет, сейчас! Эй, вы слышите, как там вас, это не то, что вы думаете… Вернитесь к нему! Вы должны! (Виктору.) Пусти меня!

В борьбе за телефонную трубку – объятия и поцелуй. Телефонная трубка раскачивается на проводе. Виктоша пожилая идет со сцены старого театра в петербургскую комнату, возвращает телефонную трубку на место, выходит. Виктоша молодая исчезает.

Стук колес поезда переходит в стук винтов вертолета. Израиль. Электронное табло показывает: 03.08.06 16:45 36ºС.

Виктор один в комнате отдыха врачей. Входит Лиор.

Л и о р. Ну, ты отличился о невыключенным селектором. Шушана придти в себя не может от этой трансляции…
В и к т о р. Много было слушателей?..
Л и о р. Не считал. Но успех огромный. Поздравляю! Что дальше?
В и к т о р. Что?
Л и о р. "Праздник, драка иль скандал, актеры знают, где финал", - Наташкина наука.
В и к т о р (качая головой). "Если бы знать… Если бы знать…"
Л и о р. Не сомневайся, Ора в курсе. Потерять ее не страшно?
В и к т о р. Страшно, что не страшно.
Л и о р. Смелый? Так, прыгай на ходу.
В и к т о р. Спасибо. Подумаю.

Пауза.

Л и о р. Я тебя таким даже у стола не видел… Жене твоей сейчас ни к чему все это.
В и к т о р (задумчиво). Работает, как лошадь. Дома - еле живая. Вся жизнь – чужие кишки, почки, желудки.
Л и о р. Есть еще душа. Забыл?
В и к т о р. Такого органа не находил ни в грудной, ни в брюшной полости. В мочевом пузыре тоже нет.
Л и о р. А в сердце?
В и к т о р. В сердце - просто. Мышца качает, клапаны работают - автономный двигатель. Питает кровью сам себя. Надеяться ему не на что.
Л и о р. Орган, а тоже "надеется". Одной анатомии недостаточно.
В и к т о р (задумчиво).

О, как я поздно понял,
Зачем я существую,
Зачем гоняет сердце
По жилам кровь густую…
(Поднимается на сцену старого театра, достает из кармана скальпель, протыкает первый шарик.)

Пауза.

Л и о р (тихо). Переведи.
В и к т о р. Не понял?
Л и о р (тихо). Почувствовал… Переведи…
В и к т о р. Стих о кардиологии… Сердце работает, клапанами стучит. А человек в голову не возьмет, на фига все это. Устал!.. (Протыкает очередной шарик.) Еще у стола стоять.
Л и о р. Сколько было вашему Ницану, когда к тебе эта "Чайка" залетела?
В и к т о р. Четыре годика (протыкает очередной шарик.)
Л и о р. Спина болит?
В и к т о р. Душа (протыкает очередной шарик.)
Л и о р. Нашел ее между кишками?
В и к т о р. Грудную клетку изнутри будто толченым стеклом натерли.
Л и о р. Бывает. Адреналин приводит к сужению сосудов.
В и к т о р. Ты еще молод, адреналина бояться.
Л и о р. Да что ты говоришь! С Наташкой поругаемся - не получается у меня. Адреналин все.
В и к т о р. Не ругайтесь (протыкает очередной шарик.)
Л и о р. Как не ругаться? Разные мы. Может такую клизму поставить - из ушей польется. Беда!.. К русским душой прикипел. Кишки - как у всех, мозги другие. Вскрыть да посмотреть, что внутри. Сами не откроетесь. Себя боитесь.
В и к т о р. Переходи в нейрохирургию.
Л и о р. Твою башку вскрывать не надо. Можно вычислить… (Пауза.) "Случайно, не моя дочь? – Считай - твоя… многодетный отец"… Как она легко! Артистка!
В и к т о р. Запомнил, как молитву.
Л и о р. Это твоя артистка по памяти шпарит. Старые пьесы разыгрывает! Театр устроила! Не понимает, где находится и с кем разговаривает? О генетическом анализе не слышала?.. Сбегаю в лабораторию, вернусь с ответом. Хочешь?
В и к т о р. Что это изменит?.. Ничего…
Л и о р. Как ниче… В таком виде оперировать пойдешь? Оперировать – полбеды. Тебе интубацию под пулями делать да пацанов на себе вытаскивать, в вертолеты запихивать… и чтоб живыми долетели. (Пауза.) На севере – ребята в танках горят… Профсоюзный лидер за роль Министра обороны взялся. Летчик сухопутными войсками командует… Насралла в роли главного героя на экране телевизора, улыбается… и на всех забил… Нам - артистка подвернулась. Роль отца тебе предлагает… А что Оре прикажешь делать? Смотреть и в ладоши хлопать?
В и к т о р. Ора… Ора занята делом… (протыкает очередной шарик.) Всегда делом…
Г о л о с и з с е л е к т о р а. Хирурги, можно мыться!
В и к т о р (Лиору). Пошли!
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Виктор?
В и к т о р. Да, Шушана.
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Мать девочки опять рвется к тебе.
В и к т о р. Что еще?
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Уходить отказывается. Вызвать охрану или…
В и к т о р. Давай ее сюда, только быстро.
Л и о р. Говорю – психушка.
В и к т о р (резко). Готовь операционное поле!.. Я иду!..

Лиор выходит.

Шум винтов вертолета переходит в стук колес поезда. Петербург. Электронное табло показывает: 26.06.88 12:10 17ºС.

Виктор, Виктоша пожилая и Виктоша молодая поднимаются на сцену старого театра.

В и к т о ш а м о л о д а я (обводит взглядом зрительный зал). Смотри, какой театр…
В и к т о ш а п о ж и л а я. Красивое здание. Краска облупилась… Морщины. (Надувает шарик, вешает.)
В и к т о ш а м о л о д а я. Загримируемся (губной помадой разрисовывает его лицо.) Готово. Играй!..
В и к т о р. Что?
В и к т о ш а м о л о д а я. Роль неверного мужа (Расхаживает по сцене.) Чтобы не быть застигнутым врасплох в жарких объятиях любовницы, муж под видом экскурсии, смывается с ней на Каменный остров, в театр своего детства. Романтично?..
В и к т о р (вяло). Браво.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Голос у нее приятный по телефону (надувает и вешает очередной шарик.)
В и к т о ш а м о л о д а я. Неловко, придет в квартиру, а тебя… нас нет. Где она живет?..
В и к т о р. На Васильевском, у матери.
В и к т о ш а м о л о д а я. Там поезда по мозгам колесами стучат?..
В и к т о р. Трамваи по нервам скрипят.
В и к т о ш а м о л о д а я. Нервы у вас слишком натянуты. Чуть что – разбегаетесь по островам. Ночью мосты разводите, чтобы случайно не встретиться. Это все - от белых ночей!.. Отрицательную роль получил… Уходить надо самому: чемоданчик, зубная щетка, бритва, сигареты, пару трусов. А ты женщину выставил… (Копируя театральный монолог.) Она бежит босиком по мокрому асфальту…
В и к т о р. Вместе учились в институте. Общее расписание. По вечерам в другой театр ходили, анатомический, в старом здании. В подвале – трупы на мраморных столах. Когда-то в телах обитали души. Эти люди ели, пили, плакали, смеялись, страдали от боли. Мы отдавали в залог студенческий билет. Получали на тарелке кишки или мозги. Зубрили анатомию наизусть. Когда не было посторонних глаз, целовались.
В и к т о ш а м о л о д а я. Рядом с трупом?..
В и к т о р. У каждого – свой реквизит… Оттуда бежали в метро. Ехали в Малый оперный – слушать "Севильского цирюльника". Люди шарахались от нас, пропахших формалином… Снег на ботинках таял… Сидели в партере с мокрыми ногами… Потом – пешком до метро и опять целовались, спускаясь на эскалаторе… Утром, простуженные, шли на зачет по анатомии… И получали очередную двойку. Было классно!
В и к т о ш а м о л о д а я. Классно! Муж рассказывает любовнице о любви к жене… Ваша "байдарка" разбилась о быт?..
В и к т о р. Анатомию сдали.
В и к т о ш а м о л о д а я. А философию?..
В и к т о р. По философии – незачет. Засыпались на вопросе "быть или не быть".
В и к т о ш а м о л о д а я. Чтобы "быть", надо в свой поезд сесть.
В и к т о р. Он существует?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Уже не знаю (надувает очередной шарик, передает Виктоше молодой, та вешает шарик.)
В и к т о ш а м о л о д а я (дает Виктору надуть шарик). А я знаю…
В и к т о р (надувая). Что ты знаешь? Цитаты из пьес! Ты еще спой: "Возьмемся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке…" Страна кровью харкает, а мы поем! Придумали заземление – бардовский клуб. Уютно, тепло. Все поем. Упиваемся своей духовностью (надувает.) Не петь, кричать от боли надо! Гангрена у нас… Ткани отмирают (надувает.) Граница между живым и мертвым не видна… В жизни не все, что мы чувствуем, думаем, говорим – живое (принимает из рук Виктоши пожилой шарик, надувает.) Мертвые слова. Мертвые мысли выражаем. В моде - мертвые лица: поющие, кричащие… Быть живым опасно, рискованно, непозволительная роскошь… "Возьмемся за руки друзья, чтоб не пропасть поодиночке?" (Принимает из рук Виктоши молодой шарик, надувает) С кем? С мертвецами или живыми? Мои руки в крови… Это кровь больных. Чья кровь на руках других? Наших родителей, оставшихся в ГУЛАГе, детей, не вернувшихся из Афгана? (Надувает.) Мертвечину ампутировать надо. Из сепсиса выйти, бредить перестать! Бредим сами и других заставляем (принимает шарик из рук Виктоши пожилой, надувает). А кто не бредит – в нашем поезде не едет. Куда поезд идет – знать не положено. Сегодня дают выбрать маршрут... Но везут, куда им надо, сколько машинистов ни меняй. Едем, возразить не решаемся… Не хочу маршрутов и касс! (Принимает шарик из рук Виктоши молодой, надувает.) Пешком хочу, сам… И чтобы вокруг – живые! Посмотри вокруг! Новые хозяева прицениваются к городу (надувает.) Кто они? Живые? Мертвые? Хотят стать частью города?! Город станет их частью? (Надувает.) Не смотрятся эти лица в обрамлении питерских окон! Не смот-рят-ся! Начнут мстить городу, рушить дома. Превратят улицы в челюсти с вырванными зубами?! (Надувает.) Нас, чьи деды лежат на Пескаревсвском кладбище, вырвут отсюда вместе с домами? Ждать своей очереди или надеяться, что обойдется?..

Пауза. Виктоша молодая развешивает шарики. Виктоша пожилая и Виктор помогают ей.

В и к т о ш а м о л о д а я. Я на роль хозяйки не претендую… транзитница… Сам меня на улице подобрал и… Хотела жить здесь, работать… Мое лицо тоже не смотрится в питерском окне! Провинциалка. Не повезло с роддомом... Цепляюсь всеми частями тела за Город. Наивная. Пою, как умею. Много нас в метро – "дети подземелья"… Говорят: выбирай станцию, машиниста, – выбираем и верим, что выбираем. Везут, мы и рады. В общем вагоне, но едем. Сидим – поем под гитару, тексты наизусть. Чтобы с полки не свалиться, можно и за руки подержаться… Говоришь, мертвечина. Грязные носки пахнут сильнее.
В и к т о р. У большинства граждан – одни носки на неделю. А ты их в театр?
В и к т о ш а м о л о д а я. Знаю-знаю. В зале было пусто на всех спектаклях…
В и к т о р. Публика стоит в очереди за водкой и колбасой?
В и к т о ш а м о л о д а я. Чем мы виноваты. Только делали свою работу.
В и к т о р. Никто не хочет смотреть трагедию на сцене. Есть с избытком в реальной жизни.
В и к т о ш а п о ж и л а я (махнув рукой). Черт с ними! В свое время премьера "Чайки" в Александринке тоже провалилась. Автор бежал из Питера, как Мопассан от Эйфелевой башни.
В и к т о ш а м о л о д а я. Ты тоже бежишь?..
В и к т о р. Ночь. Мосты развели. (Смотрит в зрительный зал.) Я впервые в пустом театре. Каждый играет роль: кто больного, кто обиженного. Только смотреть никто не хочет. Где взять зрителя? Артисты одни. (Пауза.) (Смотрит в зал.) В зале никого, а чувство, что кто-то есть…
В и к т о ш а м о л о д а я. Театр полон, даже когда пуст. Зал всегда смотрит на нас... Вот мы и играем…
В и к т о ш а п о ж и л а я (Виктору). Лицо измазано чем-то (вынимает салфетку из кармана.) Иди-ка сюда.
В и к т о р. Я сам (идет в комнату отдыха врачей, вытирает лицо влажной салфеткой.)

Виктоша пожилая уходит в петербургскую квартиру. Виктоша молодая остается на сцене, берет гитару, играет и поет.

В и к т о ш а м о л о д а я (поет).

Не гляди назад, не гляди,
Просто имена переставь.
Спят в твоих глазах, спят дожди.
Ты не для меня их оставь.

Перевесь подальше ключи,
Адрес поменяй, поменяй.
А теперь подольше молчи –
Это для меня.

Мне-то все равно, все равно.
Я уговорю сам себя.
Будто все за нас решено.
Будто все ворует судьба.

Только ты не веришь в судьбу,
Значит, просто выбрось ключи.
Я к тебе в окошко войду,
А теперь молчи.

В и к т о ш а м о л о д а я. Все. Разошлись. Без поклона.

Стук колес поезда переходит в шум винтов вертолета. Израиль. Электронное табло показывает: 03.08.06 16:50 36ºС.

В и к т о р (нажимает кнопку селектора, говорит в селектор). Шушана?
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Да.
В и к т о р. Где мать девочки?
Г о л о с Ш у ш а н ы из с е л е к т о р а. Идет… (На фоне слышны громкие голоса.)

В и к т о ш а п о ж и л а я (из петербургской квартиры). Я здесь.

Виктоша молодая на сцене старого театра прекращает играть на гитаре, продолжает напевать мелодию "Не гляди назад, на гляди". Переворачивает картонную коробку, высыпает оловянных солдатиков, расставляет их на коробке.

В и к т о р (в селектор). Шушана?
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Да, доктор.
В и к т о р. Что там у вас?
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Не у нас. В послеоперационной. Страсти кипят. С Наташкой истерика.
В и к т о р. Давай ее сюда.
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. В таком состоянии может дорогу не найти.
В и к т о р. Пусть летит на автопилоте.
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. О'кей.
В и к т о р (Виктоше пожилой). Да. Что у тебя?
В и к т о ш а п о ж и л а я (быстрым шагом идет в комнату отдыха врачей). Извините! Моя очередь, доктор!
В и к т о р. О чем ты?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Слышала, кто-то рвется без очереди со своей истерикой. Номерки бы давали.
В и к т о р. И до этого дойдет. Это операционная сестра. Ей можно без очереди.

Входит Натали в слезах. Пытается закурить. Руки трясутся, ничего не получается. Виктор помогает, сажает в кресло. Дает стакан воды.

В и к т о р (заглядывает в лицо Натали). Что?
Н а т а л и. Все! Не могу больше!.. Пошли все на хер!
В и к т о ш а м о л о д а я (напевает). На-на-на (ставит очередного солдатика.)
В и к т о р (смотрит на Виктошу пожилую). Вэлком ту де клаб!
Н а т а л и. В послеоперационной лежит десантник, зовут Руслан.
В и к т о р. С проникающим грудной клетки… И что?
В и к т о ш а м о л о д а я ( продолжает напевать). На-на-на (ставит очередного солдатика.)
Н а т а л и. Мать его – моя соседка. Вместе в ульпане были. Вот Русланчик, помню, белобрысый такой, из наших, полукровка, наполовину еврей, наполовину нормальный, бегал по двору, будто здесь не Холон, а Псковская область… Мандарины на плантации трусил и мамке таскал… А теперь лежит.
В и к т о р. Он – молодой здоровый пацан. Вытянет.
Н а т а л и. Матери дали полминуты взглянуть на него, да вытолкали. Не пускают больше.
В и к т о ш а м о л о д а я ( продолжает напевать). На-на-на (ставит очередного солдатика.)
В и к т о р. Возьми себя в руки! Ты же на работе!
Н а т а л и. Знаешь, кого рядом положили?.. "Герой народный из Газы". Бросил гранату в наш джип, себя взорвать не смог. Ребята ему пулю в грудину засадили. Но успел, сука, троих ранить! Русланчика в том числе… Всех в одном вертолете и приперли… Наши кровью истекают. А этот, слышь, вместо кислородной маски сигарету требует. К снайперу претензий не-е-е-т. Но "контрольный" не помешал бы (затягивается сигаретой.) Смотрю, девчонки начали его от говна отмывать - сломалась… Все! Не могу! (По слогам с ударением.) Не мо-гу!
В и к т о ш а м о л о д а я (продолжает напевать). На-на-на (ставит очередного солдатика.)
В и к т о р. Добивать раненого выстрелом в затылок по-твоему?
Н а т а л и. Нет, за сигаретами сбегать!
В и к т о ш а п о ж и л а я. Вы что, здесь террориста держите?
В и к т о р. Лечим.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Не понимаю.
Н а т а л и (Виктору). Видишь, не одна я здесь дура! Артистка тоже "не въехала". Как вообще в это можно "въехать", если ты не "под балдой" или в отключке… Убийц детей и женщин боевиками называют. Жопу ведь, сколько мордой ни зови, не отзовется! (Виктоше пожилой.) Слышь, мать, ехала – думала, умный здесь народ.
В и к т о ш а м о л о д а я ( продолжает напевать). На-на-на (ставит очередного солдатика.)
Н а т а л и. Шахматисты да ученые, остальные – скрипачи, кто в медицинский не попал. А кто попал – говно за террористами замывают и довольны, вроде этого (кивает на Виктора) миролюбца недоделанного! Патрона ему жалко: в затылок выстрелить дважды.
В и к т о р. Это ничего не изменит! Ты не понимаешь! Они этого и хотят! Что для них главное?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Деньги.
В и к т о р. Нет. Деньги – это для нас, евреев, это наша религия.
Н а т а л и (махнув рукой). Да ладно тебе! Какие мы евреи на хер?!
В и к т о ш а м о л о д а я (продолжает напевать). На-на-на (ставит очередного солдатика.)
В и к т о р (игнорирует замечание). Для них важнее денег, здоровья и даже жизни – почет. Потому с ними невозможно заключить мир. Не могут они получить территории от врага, как официант - чаевые. Надо пролить как можно больше крови.
Н а т а л и. Совсем забыла, надо в приемный кровь отправить.
В и к т о р. Сколько?
Н а т а л и. Четыре порции.
В и к т о р (в селектор). Шушана?
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Да!
В и к т о р (в селектор). Как с кровью?
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Есть пока.
В и к т о р (в селектор). С приемным надо поделиться.
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Добрый какой! Сколько?
В и к т о р (в селектор). Четыре порции.
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Отправляю.
В и к т о р (Натали). Кстати, о крови: мы с тобой евреи больше, чем родившиеся здесь, сколько бы нас ни называли русскими!
Н а т а л и (махнув рукой). Хорош прикалываться! (Достает очередную сигарету из кармана. Протягивает пачку Виктору.) Будешь?
В и к т о р (отрицательно качает головой, продолжает). Место рождения себе не выбирали. С детства были там чужими. Наверное, правильно. Мы эту страну выстрадали… Выносили в себе…
Н а т а л и. Типа, беременность. А кто нас трахнул? Какая разница. Рожать сюда приперлись! (Прикуривает сигарету.) Страну он выстрадал! Красиво говоришь. Боюсь, кончу раньше, чем тебе отдамся. Страна твои страдания знаешь где видела?!
В и к т о ш а п о ж и л а я. Может, мне выйти?
Н а т а л и. Тебя не пускали – явилась. Теперь выйти? Выйти бывает не просто. Это только у мужчин выходит хорошо, а входит плохо… С Ливаном наоборот получилось. Вошли-то легко, как выйти, не знаем. Вперед не идем и назад не пятимся.
В и к т о р. Не можем заваливать телами наших солдат каждую пулеметную точку.
Н а т а л и. Заткнись ты! У меня сын там… Зачем, не пойму… Отбомбить их тяжелыми бомбами… Сам говоришь, они этого хотят.
В и к т о р. У них укрепления с бетонными стенами метровой толщины на глубине семидесяти метров. Даже атомной бомбой не достанешь.
Н а т а л и. Суки! Суки, и все! Мало Ливана, Газа залупается. Урыть их, как положено! Разбомбить до основания! Развалины разровнять бульдозерами, пока они не догадались нас тракторами давить. Но "голуби мира", вроде него, (кивает в сторону Виктора) не дают вытрахать. Им проще говно за террористами выносить.
В и к т о р. Не можем мы заровнять миллион населения. Брать Газу штурмом, как Берлин, потеряв при этом миллион убитыми, тоже не можем… Хотя нас на это усиленно провоцируют.
В и к т о ш а м о л о д а я (поет, разбрасывая строй солдатиков).
"Так значит, нам нужна одна победа, одна на всех, мы за ценой не постоим…" (Изображает взрыв.) Бабах! (Переворачивает коробку.) Одна на всех, мы за ценой не постоим…"
В и к т о р (смотрит на нее, Виктоша молодая замолкает). Я свою цену… заплатил.
Н а т а л и. Слишком большая цена за переезд… Слишком!.. (Пауза.) Зачем ехали? И почему сюда?.. Ради детей?! Но почему сюда?
В и к т о р (тихо). А куда? Куда, Натка? Нам надо жить здесь. Точка…
Н а т а л и. Двадцать лет назад тоже так думала.
В и к т о р. А теперь?
Н а т а л и (горько усмехается). Теперь… Теперь мой Ромочка – там, под снарядами этих "пиздолохов"… Cутки ни одного звонка. Скоро новости по телеку. Сообщат имена погибших за день. А красивые разговоры засунь себе в задницу!
В и к т о р. Ну вот, опять про задницу. Значит, диспут можно закрыть.
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Натали там?
Н а т а л и. Да, Шушана. (Про себя.) Нашли!
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Докурила?
Н а т а л и (огрызаясь). Задолбала!
Г о л о с Ш у ш а н ы и з с е л е к т о р а. Страсти утихли. Гаси и дуй в операционную к Вайсу своему.
Н а т а л и (Виктору). Видал? Работа, блядь! Авода! (направляется к двери. Гасит сигарету. Оборачивается. Виктору.) Я пошла работать… Кстати, селектор выключатся белой кнопкой. А то вместо дела – мексиканский сериал ваш… Да идите вы! (Выходит.)
В и к т о р (Виктоше пожилой). Действительно, надо идти.
В и к т о ш а п о ж и л а я (тихо, но твердо, официально). Я не выйду из этой комнаты, пока мою дочь не возьмут на операцию.
В и к т о р. Нашу?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Как хочешь, так и считай!
В и к т о р. Что-то случилось?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Случилось! Была у нее в палате. Боли неимоверные! Все! Хватит! Операция сейчас! Немедленно!
В и к т о р (грустно). Ты серьезно?
В и к т о ш а м о л о д а я (тихо). Нет, игра это. Игра. Ты в своем уме?! Кто знает, сколько еще раненых привезут. Террориста лечить у вас время есть. А девочка подождет.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Нет, нет и нет! (Отворачивается, закрывает лицо руками.)
В и к т о р (вяло хлопает в ладоши, грустно). Браво. Бис. За боль твоей…
В и к т о ш а п о ж и л а я (резко обернувшись). Нашей!
В и к т о р. Хорошо, "нашей" девочки кто-то из раненых должен поплатиться жизнью? (Примирительно). Ей сделают укол… Боль пройдет… Прооперируем. Иди к девочке… Иди.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Сказала, не уйду!
В и к т о р (резко). Здесь тебе не сцена! Вызову охрану – выведут силой!.. (Опомнившись и понизив голос.) Прости!

Входит Ора.

О р а. Помешала?
В и к т о р. Да!
О р а. Вы еще не начали операцию, а приемный битком набит.
В и к т о р. Неужели?!
О р а. Развернуть еще операционную?
В и к т о р. Людей нет. Все на операциях. Кроме меня.
О р а. Как сам-то?.. Бледный.
В и к т о р. Оставь. Там загорю.
О р а (грустно). Смешно.
В и к т о р. Извини, с пациенткой разобраться надо.
Г о л о с Л и о р а и з с е л е к т о р а (кричит). Вик! Остановка сердца!

Виктор выбегает из комнаты.

О р а (Виктоше пожилой). Вы… пациентка?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Я - бывшая.
О р а. Могу вам помочь? Правда, я анестезиолог.
В и к т о ш а п о ж и л а я (обрадовавшись). Можете, конечно, можете… как женщина, как мать… Дочь ждет операции. Хирургам не до нас. (Указывает рукой на селектор.) Остановка сердца.
О р а. Остановка.
В и к т о ш а п о ж и л а я. У кого?
О р а. Солдат. Виктор должен его оперировать.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Он умер?
О р а. Клиническая смерть.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Не понимаю.
О р а . Короче, до операции может не дойти.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Так может, моя Катя… (Приложив ладонь ко лбу.) Боже, что я говорю! (Пауза.) Но если ничего сделать нельзя и мальчик умрет…
О р а. Перед операцией шесть часов нельзя есть и пить.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Черт! Виктор… доктор уйдет на войну! (Смотрит на часы.) Но можно успеть!..
О р а (качает головой). Ему до места назначения часа три добираться. Если повезет, смогут подкинуть вертолетом отсюда.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Вертолетом?
В и к т о ш а м о л о д а я (бросая солдатиков в коробку). Туда летят здоровыми, обратно – подстреленными…
О р а (Виктоше пожилой). Что-то сказали?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Нет.
О р а. Показалось. От недосыпа слышатся голоса. От голосов - недосып.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Виктор… прибудет в полевой госпиталь – выспится.
О р а (искоса взглянув на Виктошу пожилую). Нет там полевого госпиталя. Автомат в руки, сумку на плечо - беги в атаку, в первых рядах. Ставь раненому капельницу под пулями и волоки к вертолету… (Пауза.)
В и к т о ш а п о ж и л а я (возмущенно). Больше некому раненого тащить? А если он тяжелый?
О р а. У нас слово "тяжелый" имеет другое значение. Лиора видели, хирурга нашего?.. Не богатырь. Но Виктора из-под огня вытащил. Ранение в спину. Хорошо, позвоночник не задело.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Не понимаю… Где это видано, чтоб доктора в атаку ходили?
О р а. У раненого должен быть максимальный шанс выжить.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Ради этого стоит рисковать врачами?
О р а. Не знаю.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Как он вообще может оперировать после ранения? И почему его отправляют туда… снова?
В и к т о ш а м о л о д а я (с иронией). Больше некому…
О р а. Врачу с таким опытом в бою… цены нет.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Отказаться может?
О р а. Трудно отказаться, когда ты нужен.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Помоги! Как мать пойми меня! Не могу я больше… Болит у ребенка! Пробей нам операцию… и вертолет для Виктора… Если, конечно, сердце не заработает… у того раненого… Виктор меня оперировал много лет назад – аппендицит разорвался… У него руки такие - трудно забыть… Если там операция не состоится, можно успеть. Нужно успеть!.. Я отсюда не выйду! Сказала ему уже. Помоги! Глаза у тебя добрые… И голос… голос… хороший голос.
О р а (склоняется над селектором). Лиор… Лиор…
Г о л о с Л и о р а и з с е л е к т о р а. Да.
О р а. Как?
Г о л о с Л и о р а и з с е л е к т о р а. Нет пока…
О р а. Запыхался?
Г о л о с Л и о р а и з с е л е к т о р а. Уже пять минут качаем… Виктор меня сменил… В глазах темно…
О р а. Смотри, чтобы вас откачивать не пришлось!
Г о л о с Л и о р а и з с е л е к т о р а (тяжело дыша). Знаю, Ора. Отдышусь и сменю его.
О р а. Бай! (Отходит от селектора.)
В и к т о ш а п о ж и л а я. Чего они качают там?
О р а. Качают?.. Закрытый массаж сердца – упражнение не для слабых.
В и к т о ш а м о л о д а я (качая головой). Он не сла-а-а-абый! Греблей занимался…
О р а. Греблей у нас тут "горбатая с косой" занимается.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Что?
О р а. Койки в реанимации, всегда заняты самыми тяжелыми… День проходит… состав больных меняется. Как в театре у вас, смена действующих лиц. (Смотрит в глаза Виктоши пожилой.) Ты ведь уже поняла, кто я. А я знаю, кто ты…
В и к т о ш а п о ж и л а я. Как говорится, карты на стол.
В и к т о ш а м о л о д а я. Делайте ваши ставки! Торопитесь, пока игра не сыграна.
О р а. В реанимации люди между жизнью и смертью. Удерживаем их силой на этом свете. Но "горбатая" пару раз в сутки выгребает одного – двух… Не дай Б-г никому… видеть, как жизнь выскальзывает из твоих рук…(Пауза.) Попал туда отец нашего кардиолога … Несовместимый с жизнью инфаркт. Не успел сын с ним попрощаться, приборы зазвенели. Все - к черту: давление, пульс, дыхание!.. Начали реанимацию. Все дали, влили, вкололи. Нет. Уходит!.. Перестал дышать. "Интубация!" - кричу… Вдруг он коснулся моей руки… легко, ненавязчиво, не останавливал, успокаивал… вот здесь (показывает на руку)… до сих пор чувствую… (Пауза.)
В и к т о ш а п о ж и л а я. И что?
О р а. Ушел, всего за несколько минут.
В и к т о ш а п о ж и л а я. Зачем мне все это?..
О р а. Зря нагрузила… Пойми, ребята заняты, очень заняты. Сердце надо запустить, даже если оно запускаться не хочет … А девочку твою прооперируем. Обязательно. Не сомневайся… Ладно? И еще… Он - человек, дороже и ближе которого нет, и не будет. А теперь иди, слышишь, иди. Позовем, когда будет возможность. Иди к девочке. (Пауза.)
В и к т о ш а п о ж и л а я. Не могу. Что я ей скажу? Нет. Я здесь останусь. Не верю я вам! Никому не верю!
О р а. Вот и поговорили… (Пожимает плечами.) Хорошо. Сиди здесь одна. Мне работать надо. (Уходит.)

В петербургской квартире раздается телефонный звонок. Виктоша пожилая идет к аппарату. Подходит, не решается поднять трубку. Телефон продолжает звонить. Виктоша молодая со сцены старого театра бежит к телефону, поднимает трубку.

Шум винтов вертолета переходит в стук колес поезда. Петербург. Электронное табло показывает: 26.06.88 16:10 16ºС.

Телефон продолжает звонить. Виктоша молодая поднимет трубку.

В и к т о ш а м о л о д а я (в телефонную трубку). Алло! Да-а! Алло!.. Папу?.. Какого папу? Ах, папу… Его нет, деточка... То есть, он вышел… но скоро вернется… Я?.. Я… артистка… папина знакомая… Нет, не из телевизора… не из цирка… нет… Из театра…
В и к т о ш а п о ж и л а я (поднимается на сцену, деревянная лошадка сама начинает качаться в луче света) Обещал в зоопарк? Значит, пойдет… Почему?.. Горлышко болит?.. Пройдет. Надо пить горячее молоко с медом… Не любишь… Ну, тогда полоскать… Тоже не любишь… А почему шепотом?.. А, бабушка на кухне… Не разрешает звонить? Понимаю… Мама плачет?.. Поче… Плачет… да, конечно… Как тебя зовут?.. Дениска, папа скоро придет… Конечно, к тебе, и заберет вас домой. Ты поправишься, и вы пойдете в зоопарк - тигров и львов смотреть… Ты их не боишься?.. Папа сильный, я знаю… Твой папа замечательный! Он мне операцию делал… Болит… Да… А кем ты хочешь стать?.. Почему солдатом?.. Маму защищать?.. И папу тоже?.. С-а-абля?.. Пистолет?.. Ненастоящий… Ты вырастешь, будет у тебя настоящий… Уже большой?.. Скоро день рождения?.. Любишь шарики. Будут у тебя шарики, много и разных цветов… и бенгальские огни будут… Мама ругается с папой?.. В Израиль не хочет ехать?.. Почему в Америку?.. Чтобы не быть солдатом… Нет, нет, не скажу никому… Когда нападут?.. Не знаю. Они коварные... Как тебе сказать, ну это вроде как злые и хитрые… Победим… Нет, ты победишь… Дениска, а где мама?.. В больницу?.. Доктор?.. Засыпает людей?.. А, анестезиолог… Но, ведь ты тоже болен… Потерпишь?.. Молодчина!.. Уколы - это нестрашно… Раз мама говорит, надо глотать… Конечно, горькие, а что делать… К тебе?.. Сейчас не могу, но когда-нибудь приеду, раз ты приглашаешь… в Израиль или в Америку?.. Не знаешь, где это?.. Найду на глобусе… Меня? Вика… Мама тоже Вика?.. Тогда я – Виктоша… Ну, не знаю… (Ищет зеркало, посмотреться в него.) Не все артистки красивые… Смешная?.. Да, пожалуй, да… Не можешь уснуть?.. Спеть?.. Могу… Хочешь?.. Только детских песен не знаю, не помню… Детей?.. Нет… Пока нет… Хочешь взрослую песню?.. Ну, тогда закрывай глазки и слушай… Сейчас, только гитару возьму…

Виктоша молодая кладет трубку на стол. Берет гитару. Поет.Виктоша пожилая зажигает бенгальские огни.

В раннем детстве верил я,
что от всех болезней
капель Датского короля
не найти полезней.
И с тех пор горит во мне
огонек той веры...
Капли Датского короля
пейте, кавалеры!

Капли Датского короля
или королевы —
это крепче, чем вино,
слаще карамели
и сильнее клеветы,
страха и холеры...
Капли Датского короля
пейте, кавалеры!

Рев орудий, посвист пуль,
звон штыков и сабель
растворяются легко
в звоне этих капель,
солнце, май, Арбат, любовь —
выше нет карьеры...
Капли Датского короля
пейте, кавалеры!


Во время исполнения песни Виктоша пожилая входит в комнату Виктора, берет телефонную трубку. Слышны короткие сигналы. Кладет трубку на место. Виктоша молодая берет рюкзак и гитару, смотрится в зеркало.

В и к т о ш а п о ж и л а я. Смешная…

Виктоша молодая оставляет гитару. Поднимается на сцену старого театра, садится.

Стук колес поезда переходит в стук винтов вертолета. Израиль. Электронное табло показывает: 03.08.06 17:00 36ºС.

В комнату отдыха врачей входит Натали.

Н а т а л и. Ты еще здесь? Спектакль продолжается...
Г о л о с п о т р а н с л я ц и и о п е р а ц и о н н о г о б л о к а. Санитар с каталкой – в третью операционную.

Виктоша пожилая поднимается на сцену старого театра, садится рядом с Виктошей молодой.

Н а т а л и. А у меня перекур. В туалете какая-то сука закрылась. До другого не добежать. Еле дождалась! Приспичит – бежишь, вечно занято! Черт! Опять цистит будет. Да ладно, не впервой… (Поднимается на сцену старого театра.) Как у вас на сцене с этим делом?
В и к т о ш а п о ж и л а я. С каким?
Н а т а л и. Вот ты стоишь на сцене - монолог о любви толкаешь, а самой на толчок надо, срочно. Что тогда?
В и к т о ш а м о л о д а я. Используем систему Станиславского.
Н а т а ли. Что это значит? Нагадить прямо на сцене?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Убедить сначала себя, потом зрителя, что не хочется.
Н а т а л и. Я тоже артисткой хотела стать - не получилось. На вступительном в Театральный читаю монолог, героиню блин, из себя строю. А мужики в комиссии смотрят, как мартовские коты… Психанула. "Может, лучше раздеться?!" – говорю… (Махнув рукой.) Зря. Там прикидываться надо, а не болтать, что в голову взбредет… Вылетела прямо в медицинское училище. Раздеваться не надо… Зато теперь поссать некогда… Слушай, чего ты к Виктору приебалась?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Бедный словарный запас?
Н а т а л и. Я же говорю - медучилище вместо театрального… Сигарету хочешь?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Не курю… Впрочем, давай.

Натали протягивает пачку сигарет. Две Виктоши вытаскивают по сигарете. Натали дает им прикурить. Пауза.

Н а т а л и. Слышишь, все уже сложилось. Что не сложилось – уже не сложится. Куда ты лезешь?.. Во что?.. У них не зажило, но хоть срослось немного… Держатся друг за друга, как могут.
В и к т о ш а м о л о д а я. Любовь держит?
Н а т а л и. Любовь, говоришь… (Указывает сигаретой на дверь.) Вот парня не откачали. Ушел. В гальюн еле успела. (Показывает руки.) Руки, видишь, трясутся, как работать дальше, не знаю… Куда ты со своей любовью?! У нас тут – турникет, как в метро… Ты хоть знаешь, через что они здесь прошли?! Целый год сидели на одних помидорах, тогда дешево было. Ребенку мячик купить не могли… В квартире с дальними родственниками коммуналку устроили, как в Питере, только вместо холода - жара, трусы к жопе прилипают!.. Километры пешком ходили - на автобусе экономили. Старую мебель по подъездам собирали… Хорошо, хоть водка по цене томатного сока была. А закусить и помидором можно… Это теперь говорят: деньгами подтираются … Три квартиры, две машины, яхта… (Махнув рукой и поморщившись.) Ой, переблевалась я на этом "корабле", не пойду больше!.. А что за всем этим стоит, никто знать не хочет… Сколько учились, экзамены сдавали-пересдавали!.. Так Вика еще гиюр прошла, чтобы ей, блин, почетное звание еврейки присвоили… Орой окрестили… На лекции ходила, ТАНАХ зубрила, для Дениски старалась, чтобы ему… без проблем… Вот и добилась – лежит на еврейском кладбище, как настоящий… еврей… (Пауза.) Слышишь, как хочешь, в обиду я Вику не дам… и Виктора тоже!.. Еле на плаву держусь и на работу хожу… благодаря им… В этой жизни меня на ноги Вика поставила… Сюда устроила, поручилась за меня… Нет у нас тут папы и мамы со связями… (Пауза.) Знаешь, что они сына здесь потеряли?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Знаю.
Н а т а л и. Ни хера ты не знаешь! После гибели Дениски, Виктор стал исчезать из дома. Уговорила Лиора поехать за ним – пронюхать, где и что, "ссыщики", блин!.. Что ты думаешь? Застукали… Машина – у ворот кладбища…ночью… А сам… (Еле удерживается, чтобы не заплакать.) У могилы… с сыном… беседует... (Пауза.) Подошли сзади… Лиор зажал мне рот… Нельзя, неправильно было мешать ему… (Покачав головой.) Так и стояли у него за спиной, два идиота … слушали… Что слышали, рассказывать не буду… Это только наше… А он повернулся, к машине пошел, нас даже не заметил… (Смотрит на трясущиеся руки). Нервы ни к черту! На людей срываюсь… Он не изменяет Вике. Знаю. Желчная баба, вот и выговариваю ему. С тех пор как мальчик погиб, Виктор потерял интерес к жизни, ко всему и к ней тоже. Одна работа… А что работа? Бегаем тут как пони по кругу (бьет ладонью по крупу деревянной лошадки.). Уже и не знаю, как с ним разговаривать. Скажи, это правда… его дочь?

Пауза.

В и к т о ш а п о ж и л а я (Сдерживая слезы). "Если бы знать… Если бы знать…"
В и к т о ш а м о л о д а я (Виктоше пожилой). Да, не скули ты!
Н а т а л и. Дилемма, а?! Лучше "не знать"! Генетический анализ делать будешь?
В и к т о ш а п о ж и л а я. Нет.
В и к т о ш а м о л о д а я. Зачем?
Н а т а л и (возмущенно). Так чего высиживаешь здесь?!
В и к т о ш а п о ж и л а я (тихо). Дочку прооперировать надо…
Н а т а л и. Это дело святое… Поможем.
Г о л о с Л и о р а и з с е л е к т о р а (орет). Натка, дуй сюда, быстро! Вик – без сознания, остановка сердца!
Н а т а л и (орет). Еб твою мать! (Бежит к выходу.)

Селектор остается включенным. Из него слышны крики.

М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а (тяжело дыша). Переворачивай! Голову осторожно! Да не так! Хорошо! Оставь это сейчас! Воздуховод давай! Режь робу! Не так! Рви!
Г о л о с Л и о р а и з с е л е к т о р а. Ора! Выйди отсюда! Нечего тебе здесь делать сейчас! Да уберите же ее! Наташка, давай сюда!
М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а. Кладем на стол! Быстро! Раз-два-три-и-и!..
Г о л о с Л и о р а и з с е л е к т о р а. Вайс, опусти стол! Еще!
М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а. Натка, интубацию давай, быстро! Да ладно, давай как есть! Лиор, сильнее давай. Качай, родной!

Две Виктоши пожилая сидят бледные, не в силах шевельнуться. Входит Ора, волосы растрепаны, садится, закрывает лицо руками, начинает выть по-волчьи, запрокинув голову.
Из селектора слышны голоса персонала, занятого оживлением Виктора.

М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а. Дефибриллятор готов?
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Да!
М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а. На счет "три" – все от стола! Раз, два, три. (Слышен хлопок дефибриллятора). Ну?!
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Нет!
М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а.. Лиор – качай!
Г о л о с Л и о р а и з с е л е к т о р а. Боюсь, ребра поломал!
М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а. Качай, не до жиру! Давай!
В и к т о ш а м о л о д а я (указывая на селектор). Это наш… Виктор?
О р а (хрипло). Что?!
М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а. На счет три – от стола! Раз – два – три!

Слышен хлопок дефибриллятора. Виктоша молодая вздрагивает. Виктоша пожилая и Ора сидят, боятся пошевелиться.

М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а. Натка, что?
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Нет!
М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а. Поднимай мощность! Давай на триста! Есть?
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Да!
М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а. Раз, два, три!

Слышен хлопок дефибриллятора. Виктоша молодая снова вздрагивает.

М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а. Ну?
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Нет!

Пауза.

Освещение меняется. В комнате отдыха врачей появляется Виктор. Он босой. Операционная роба разрезана. На груди – круглые следы от дефибриллятора. Лицо очень бледное, торжественно-веселое. С легкой улыбкой смотрит на женщин. Женщины - на него, потом - друг на друга.

В и к т о р (указывая на стену). Зря ребята стараются… Напрасные усилия… Лиор чуть жив от усталости… Зря… Все зря…

Из селектора слышатся голоса персонала, оживляющего Виктора в операционной.

М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а. Дефибриллятор готов?
Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а. Да!
М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а. На "три" – все от стола. Раз, два, три!

Слышен хлопок дефибриллятора. Виктор вздрагивает и оглядывается на дверь.

Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а (восторженно). Есть пульс!
В и к т о р (с усмешкой). Да ладно… отпустите уже… Отпустите…

Из селектора слышно "пиканье" монитора; оно переходит в непрерывный сигнал.

Г о л о с Н а т а л и и з с е л е к т о р а (кричит в отчаянии). Нет! Ну давай же! Возвращайся! Давай! Сука! Давай!

Отчетливо слышен непрерывный сигнал сердечного монитора.

М у ж с к о й г о л о с и з с е л е к т о р а. Все… Ушел!.. Лиор, хватит! Остановись!.. Хватит, говорю!..
В и к т о р. Говорил, отпустите… (Направляется на сцену старого театра.) Любовь рождает новых актеров и приводит в этот мир. Но представление уже идет. "Когда же наш выход? – шепчут они, - Хотим играть главную роль". Не понимают, что они уже давно на сцене… на второстепенных ролях (Пауза.) Еще есть надежда. Но "кто-то" тащит к выходу… Лица его рассмотреть не успел… (Останавливается на ступеньке, ведущей на сцену.) А рука… грубая, сильная… (Смотрит себе на грудь.) Не больно совсем, хоть Лиор все ребра переломал… массажем сердца… Спина больше не болит… (Достает сигарету привычным жестом, смотрит на нее и пожимает плечами.) Курить не хочется… Усталость куда-то подевалась… Не дал "он"… прожить роль до конца… (Выделяя каждый слог.) Этот… "кто-то"… оборвал на полуслове. (Улыбаясь.) Да и ладно… (Виктории.) Вика, прости… Мне… к Ницану надо… Не договорили мы…
В и к т о ш а м о л о д а я. Постой!.. Поднимайся на сцену. (Виктор поднимается на одну ступеньку.)
В и к т о ш а п о ж и л а я. Не бойся, поднимайся…
В и к т о р. Провалимся.
В и к т о ш а м о л о д а я. Если провалимся, то вместе. (Оре) Дай ему руку…

Ора приближается подает руку Виктору, помогает подняться на сцену старого театра.

В и к т о р. Если бы знать, что так оборвется роль, сыграл бы лучше, лучше. (Оре.) Холодно… здесь… Рука у тебя… теплая и нежная… Помнишь, ты потеряла перчатки?.. Я согревал твои пальцы дыханием... (Берет ее руку в ладони и дышит на пальцы). Чувствуешь… тепло?.. Холод?.. Все… Боюсь, на похороны мои опоздаем… (Выпускает ее руку из своих ладоней.) У нас в стране (смотрит в зрительный зал.) хоронят быстро…

Пауза.

В комнату отдыха входят Лиор и Натали. Оба выглядят уставшими. Еще не осознали происшедшего. Садятся. Закуривают.

Л и о р. Черт знает, что такое!..
В и к т о р. Видишь, человек надорвался... отпусти его. Чего зря ребра-то ломать… Электроды… могли бы вазелином смазать… Кожу сожгли (показывает)… Нехорошо… Некрасиво (Улыбается). (Пауза.) А где… Вайс? Ах, да, ему работать надо… в соседней комнате… А куда мне теперь?.. Похороны, наверняка, завтра… Махнем в Иерусалим… Сто лет там не был… Вот опять потянуло… Он меня всегда притягивал… Часто переносился душой туда, даже из Питера… Люблю Питер, ох, как люблю!.. Между Питером и Иерусалимом всегда сердце разрывалось... вот и разорвалось… Только сейчас понял: "Если забуду тебя, Иерусалим, забудутся мои дни"… (Пауза.) Забыл… простите, ребята, вам ведь еще пахать… Пойду… (Обнимает Ору.) Не дотянул до субботы, твоего холодца не поем… с водочкой… (Оборачивается к остальным.) Да ладно вам… Полегчало мне… Нормально… (Лиору.) Лиор, девочку… завтра прооперируй. На сегодня хватит приключений… На разрез не скупись… Заживет… Всю вену иссечь надо до здоровых тканей… С пороком сердца успеется… (Виктоше пожилой.) Все будет в порядке…(Вспоминая.) Что… еще?.. Ах, да… (Натали.) Наташка… Ната-а-шка, все ты правильно говоришь, особенно, когда материшься!.. (Пауза.) Присядем на дорожку (усмехнувшись) … Виктоша, спой… Ты знаешь, что…

Виктоша молодая берет гитару, начинает петь. Все остальные зажигают бенгальские огни, смотрят в зал.

Отпустите меня, отпустите,
Рвы, овраги, глухая вода,
Ссоры, склоки, суды, мордобитья,-
Отпустите меня навсегда.

Акробатки на слабом канате,
Речки, заводи, их берега,
На декоративном закате
Нитевидные облака,
Мини-шубки, и юбки, и платья.
Не пускайте меня, не пускайте,
На земле подержите пока!

Стук винтов вертолета. Гаснет свет. Видны горящие бенгальские огни. Гром. Шум дождя. Стук колес поезда. Разом гаснут бенгальские огни.



В пьесе использованы стихи А.Володина, Д.Самойлова, Б.Окуджавы, романс "Грустить не стану", музыка Р.Склярского, слова О.Агулянского, песня Е.Клячкина.


ГРУСТИТЬ НЕ СТАНУ
Романс
Музыка Р. Склярского
Слова О. Агулянского

Дороги разошлись, и мы чужими стали.
Забыто все и не вернется вновь.
Сердцами нашими мы только лишь играли,
И вот, как дым, развеялась любовь.
Ну что ж, прощай, грустить не стану –
Мне боли сердца нипочем.
Поверь, года залечат рану,
И жизнь опять забьет ключом.

Смотрю на твой портрет и вижу взгляд надменный,
В глазах читаю ложь, один обман.
И вот даю тебе ответ я откровенный:
Мной позабыт прочитанный роман.
Ну что ж, прощай, грустить не стану…


Сведения об авторе


Леон (Леонид Ильич) Агулянский родился в 1959 году в г. Ленинграде в семье служащих. В 1982 году окончил 1 Ленинградский медицинский институт им. Павлова в Ленинграде. С 1982 года после окончания ординатуры по урологии работал урологом в клиниках 1 ЛМИ.
С 1988 года проживает в Израиле.
После окончания резидентуры по урологии в Медицинском центре Шиба Тель-Ха Шомер (Израиль) в 1998 получил звание уролога-специалиста с правом на частную практику. Работал в медицинских центрах Барзилай и Вольфсон (Израиль). С 2002 года работает в собственной клинике в г. Холон (Израиль).
Член Союза писателей России и Израиля.
Автор романа "Нерусская рулетка", книг: "Визит в Зазеркалье", "Параллельные кривые".

Контакты:
E-mail:
leonagulansky@yahoo.com
Fax: +97239526657
Mob: +972505425893
Address: 11/33 Kapah st, Rishon LeZion, Israel 75730

© Copyright: Леон Агулянский. Дата опубликования: 25.09.2009.

Добавить комментарий